Сто жизней Сузуки Хаято 1 - Мария Дубинина,Сора Наумова Страница 12

Ишинори скользил бледной тенью, края светлых одежд касались Хаято, и он не мог отвести взгляда.

— Ты похож на юрэй, – сказал со смешком.

— Называть человека призраком плохая примета, – укорил Ишинори и улыбнулся. Когда он улыбался, на его щеках появлялись ямочки, как у ребенка. Казалось, с их первой встречи он так и не повзрослел.

— Боишься, что тебя унесут духи?

Ишинори промолчал. По краям тропы вспыхнули теплым светом каменные фонари, и вскоре за деревьями стало видно наливающееся темной синевой небо и крыши домов, раскиданные недалеко от подножия горы. Хаято замедлил шаг и вскоре остановился, глядя вдаль. Там, внизу, жили люди, которых они с Ишинори однажды назвали своей семьей.

— Вот старики удивятся, что учитель разрешил нам навестить их, – сказал Хаято и повернулся к другу. Ишинори стоял в тени, а когда шагнул вперед, Хаято вздрогнул – его лицо потеряло всякий цвет, и с белого полотна смотрели две черные бездны.

Одновременно с этим он уловил едкий запах дыма, а обернувшись назад, увидел, что небо покраснело от огненных всполохов, охвативших деревню. Огня было много, так много! Его жар добирался даже сюда. Хаято настолько растерялся, что не мог сдвинуться с места.

— Правда, красиво? – спросил Ишинори мертвым голосом. – Тебе тоже нравится? Тебе нравится, Хаято-кун? Это все для тебя…

* * *

Запах дыма просочился из кошмара в реальность, и Хаято подскочил, озираясь по сторонам.

Он был в домике для учеников. Их трое – Рюичи, Ишинори и сам Хаято.

Он знал, какой Император правит.

Он помнил, что сны, полные огня и крика, не просто кошмары.

— Куда ты опять, неугомонный? – воскликнул парень в безрукавке, но Хаято легко оттолкнул его с пути, как будто тот ничего не весил. Начало смеркаться, пока едва заметно, но до настоящей темноты оставалось совсем немного, и она застанет Хаято в дороге, как уже бывало не раз. Он миновал знакомый дворик, по камням выскочил на площадку перед главным строением («дом учителя», – подсказала память), оттуда прямиком на дорожку, ведущую вниз с горы. Хаято знал этот нехитрый маршрут, как свои пять пальцев, но вместе с ним в голове выстраивался и другой – от дома до станции, на метро линии Карасума, до школы, от школы до компьютерного клуба и снова до станции. Одно накладывалось на другое, и Хаято распирало от всего, что бурлило и кипело в мозгу.

Он спешил домой, но даже не до конца понимал – его ли это дом на самом деле.

Кто он сам такой, раз уж на то пошло.

Хаято остановился на том же месте, где и в своем недавнем дурном сне. Было светлее, но небо над Канашиямой уже тронула легкая сиреневая дымка, сквозь которую проглядывали розоватые перья облаков. Сумерки над горой духа – красиво. Хаято замер, застигнутый врасплох этой волшебной картиной, любуясь ею и невольно узнавая. Может, хотя бы сейчас все наконец встанет на свои места. Свежий ветер коснулся лица, будто кто-то легонько дохнул в него.

— Я знал, что застану тебя здесь, – сказал Ишинори.

Хаято повернулся к нему не сразу, хотел как можно дольше не отрывать взгляда от раскинувшейся под горой долины и темных крыш в ней. Именно с этого места в прорехе между деревьев можно было увидеть так много. Откуда-то пришло воспоминание, как несколько лет назад, когда, несмотря ни на что, тянуло все бросить и вернуться, Хаято приходил сюда – и Ишинори приходил следом за ним.