Банный бизнес попаданки - Ольга Иконникова Страница 13

Она некоторое время помолчала, дождавшись, пока горничная не вышла из комнаты, а потом сказала:

— Мне жаль того, что с вами случилось. Вы удивлены? О, поверьте, такие новости распространяются поразительно быстро. Передавайте вашему папеньке поклон от меня. Он часто бывал у нас в гостях, еще когда был жив мой муж. Но давайте перейдем к делу, — тут она посмотрела на Дженни. — Насколько я понимаю, это та самая девочка, за которую вступился ваш отец? Ну, что же, когда-то я знавала ее мать — у нее были такие же огненно-рыжие волосы.

Каждое ее слово немного подбадривало меня. Теперь уже идея оставить Дженнифер здесь не казалась мне такой ужасной.

— Мы будем признательны вам, ваша светлость, если вы примете Дженни под свое крыло. Я слышала о вашем приюте всё только самое лучшее, — я посчитала, что немного лести совсем не помешает.

— Благодарю вас, мадемуазель, — улыбнулась она. — А теперь я хотела бы поговорить с вами наедине. Юная леди, вы не оставите нас ненадолго?

Дженни послушно вышла за дверь, плотно закрыв ее за собой.

— Простите, мадемуазель Арлингтон, но боюсь, я не могу оставить эту девочку в своем приюте.

— Не можете? — растерялась я. — Но вы с ней даже не поговорили! Она очень умна и рассудительная для своих лет. И она добрый и покладистый ребенок, у вас не будет с ней хлопот. И, если нужно, то мы готовы заплатить за ее содержание здесь.

Но герцогиня покачала головой:

— Ничуть не сомневаюсь в ваших словах. Девочка кажется мне вполне милой. Но дело вовсе не в ней, а в ее отце. Если вы знаете, что он совершил, то вы должны меня понять.

Глава 8

Я не знала, что совершил отец Дженнифер, а потому слова хозяйки приюта остались для меня загадкой. Но я поняла одно — она нам отказала!

— Но, ваша светлость! — воскликнула я. — Мы прибыли в столицу издалека единственно для того, чтобы посетить ваш приют! Неужели, всё это было зря, мадам? Неужели бедная девочка должна расплачиваться за преступление своего отца?

Во взгляде герцогини промелькнуло что-то, похожее на сочувствие. Но всё же она покачала головой.

— Постарайтесь понять меня, мадемуазель. Ваша семья уже имела возможность убедиться, сколь дорого может обойтись желание противиться воле короля. А я сейчас должна думать не только о себе, но и о тех детках, которые находятся в моем приюте. Часть средств, за счет которых они содержатся, поступает из королевской казны.

Я прекрасно ее понимала и не винила за такой ответ. Сейчас мой гнев был направлен вовсе не на нее.

— Но какое же чудовище его величество, если он воюет с тем, кто гораздо слабее его!

Герцогиня протестующе взмахнула его рукой.

— Мадемуазель Арлингтон, вам не следует горячиться! Не забывайте — вы говорите о нашем короле! Мы не можем сомневаться в том, что всё, что он делает, он делает для блага страны и для нашего блага. Равно как не можем и осуждать его решения. Нам всего лишь надлежит их выполнять.

Я прикусила язык. Она права — мне следует думать о том, что я говорю. Я еще с лишком плохо знакома с местными обычаями и порядками. Свобода слова? Вряд ли в Эртландии даже слышали об этом.

— Но что же нам делать, ваша светлость? Может быть, в Эмсворте есть еще какой-то приют для детей из дворянских семей? Куда вы порекомендуете нам обратиться?