Банный бизнес попаданки - Ольга Иконникова Страница 16

Дженни, едва я уложила ее в кровать, сразу же заснула, а вот я должно лежала без сна, пытаясь понять, как мне следует поступить.

О возвращении в приют графа Дайнора не могло быть и речи. Равно как и о поиске другого подобного заведения. Ни в одном из них мне не хотелось оставлять Дженни. Оставалось надеяться лишь на то, что, когда я расскажу Патрику о поездке в столицу, его сердце всё-таки дрогнет, и он позволит малышке остаться в своем доме.

Глава 9

На следующее утро после завтрака я отправилась в библиотеку на площадь Трубадуров, попросив мадам Леонор присмотреть за Дженни. Я не стала подзывать извозчика, предпочтя пройти эти три квартала пешком. Тем более, что мне любопытно было посмотреть и на местных жителей, и на здешние достопримечательности.

Но как раз достопримечательностей в этом районе оказалось немного — я увидела несколько красивых домов и фонтан на самой площади Трубадуров. А здание библиотеки и вовсе оказалось ничем не примечательным — довольно старое, без балконов, выкрашенное в темно-зеленый цвет, оно не шло ни в какое сравнение со стоявшим рядом с ним чьим-то частным особняком.

Я поднялась на высокое крыльцо и вошла внутрь. Несколько шагов по темному коридору, и я оказалась в просторном зале, где в ряд стояли не меньше десятка столов, а вдоль стен — примерно такое же количество наполненных книгами шкафов.

— Хотите почитать что-то конкретное, мадемуазель? — привстал из-за своего стола седенький библиотекарь. — Или, быть может, я могу предложить вам что-то, что может вас заинтересовать?

Он смотрел на меня поверх очков и доброжелательно улыбался.

Пока я шла сюда, я так и не смогла решить, как мне поступить. Должна ли я просто взять подшивку городской газеты за несколько месяцев и попытаться найти нужную мне информацию самостоятельно? Или сразу задать библиотекарю конкретный вопрос?

Второй вариант был более рискованным. Учитывая то, как реагировали все на фамилию Шарлен, можно было ожидать, что и здесь произойдет то же самое, и меня просто выставят из библиотеки. Но, с другой стороны, самостоятельный поиск информации мог затянуться на несколько часов, а мне не хотелось оставлять Дженни одну так надолго. Да и не было никакой уверенности в том, что о деле ее отца вообще писали газеты.

А потому, увидев, что в зале, кроме библиотекаря, не было никого, я всё-таки решила спросить:

— Не подскажете ли вы, сударь, где я могу прочитать что-то о деле Мэтью Шарлена? — я заметила, как вытянулось лицо старика, и подтвердила: — Да-да, того самого Шарлена!

— Но зачем вам это нужно, мадемуазель? — изумился он. — Такие дела следует предавать забвению.

Он ждал от меня каких-то объяснений, а я не знала, что сказать. Говорить правду мне совсем не хотелось. С какой стати я должна обсуждать отца Дженни с совершенно посторонним человеком?

— Дело в том, что я часто слышу, как это имя произносится в беседах, месье, — сказала я. — И всякий раз заявляется, что он сделал что-то ужасное. Но что именно, никто не говорит. А мне совсем не нравится, когда я не понимаю разговоров, которые ведутся в моем присутствии. Вот я и подумала, что об этом наверняка писалось в газетах.

— Да, писалось, — подтвердил библиотекарь, — но совсем немногое. На это дело сразу был наложен гриф совершенной секретности, и в газетах написали лишь о том, что Мэтью Шарлен был лишен воинского звания и дворянского титула в связи с преступлением против его величества и государства. И ни к чему знать больше, мадемуазель.