Любовь, горькая и сладкая - К. Ф. Шредер Страница 176

Файола перегнала ее и теперь тяжело ступала в двух метрах впереди Кари и Харуо. Кари схватила его за руку и прошептала так тихо, чтобы Файола ее не услышала:

— Спасибо.

— За что?

— Сам знаешь.

— Знал бы – не спрашивал.

Кари вздохнула:

— Ты позволил мне победить.

Тут Харуо засмеялся:

— Ты в самом деле так думаешь?

— Чтобы воины пошли за мной в битву против Гидеона, – продолжила она вывод.

— Я бы так и так повел их на эту битву, – прошептал Харуо. – И я не позволил тебе победить. Ты просто была быстрее меня.

Неужели это в самом деле было так? Харуо был самым опасным теневым ассасином в рядах воинства дона и славился в первую очередь темпом и точностью. И не то чтобы Кари неверила, что может его победить. Но все-таки борьба ошеломляюще быстро пришла к концу.

Харуо резко остановился и повернулся так, чтобы смотреть на Кари прямо.

— Ты думаешь, что я облегчил тебе задачу, потому я влюблен в тебя, – утвердительно сказал он.

Кари пожала плечами. Не такой уж и ошибочной была эта мысль, по крайней мере, Дайширо даже хотел отдать ее в жены Харуо, да Харуо и сам думал, что она была его любовницей, до того, как память об этом стерлась у него из головы.

— Может быть, и был. Но, как ты точно знаешь, я больше не могу об этом помнить, – прошептал он. Его взгляд скользнул к Файоле, которая остановилась в нескольких метрах дальше и оглядывалась на них через плечо. – Я не влюблен в тебя, Кари. По крайней мере, больше не влюблен. Уже давно нет.

Потому что его сердце принадлежало кому-то другому.

Кари поняла это сейчас, как и то, что его страсть закончилась бы разбитым сердцем.

Изобелья Заларо устроилась в одной из просторных гостевых комнат виллы Немеа, тогда как ее воины были заперты в камерах.

— Я понимаю ваши обстоятельства, – сказала Изобелья после того, как Кари описала ей ситуацию. – Моя личная поддержка вам обеспечена. Однако мои кошки обладают свободной волей, которой я их никогда бы не лишила. Я могу поручиться за львов, но тигры, ягуары и гепарды выбирают собственный путь, и после нескольких недель в заточении я бы не удивилась, если бы этот путь уводил как можно дальше от агентов «Горящей лилии». Если вы хотите, чтобы они следовали за вами в битве, вам надо получить их когти силой убеждения.

Именно это и намеревалась сделать Кари.

Немного позднее они стояли вместе перед дверью камеры, которую Харуо отпер для них снаружи. Файола превратилась обратно в человека и попросила:

— Предоставь слово мне.

— Ты уверена? – спросила Кари, которая еще хорошо помнила, какой запуганной была Файола, когда Кари впервые попыталась получить поддержку клана Когтей. Перед Изобельей и ее воинами пришлось тогда говорить ей самой.

Однако Файола кивнула твердо.

— За Санью, – объяснила она, и этим было все сказано.

Дверь в камеру открылась со скрипом. За дверью находилось продолговатое бетонное помещение без окон, разделенное решеткой на шесть одинаковой величины – лучше было бы сказать «одинаковой малости» – блоков. В каждом было по две шконки и по несколько бамбуковых циновок, водопроводный кран в стене и дыра в полу, служившая туалетом, но не дающая никакого укрытия.

Арестанты либо лежали, свернувшись, в облике хищников, либо сидели голые в человеческом облике. Такие же голые, как Файола, которая теперь шла от одной решетчатой двери к другой и открывала их. В воздухе стоял резкий запах мочи и немытых тел. Кари пришлось затаить дыхание, чтобы не затыкать рот и нос. Это было бы бестактно.