Сто жизней Сузуки Хаято 2 - Мария Дубинина,Сора Наумова Страница 36

— Ай! Иши!

Ишинори разжал пальцы, и на плече Хаято остались полумесяцы от ногтей.

— Прости, я просто задумался, – покаялся Ишинори. – Сейчас я нанесу мазь, потерпи еще немного.

Он смешивал ингредиенты по привычке, сам же пытался отбросить лишнее, мешающее. Пальцы не дрожали, и закончил он почти спокойно. Хаято морщился, когда холодная кашица ложилась на тело и налипала бурыми лепешками. Ишинори затянул бинты и достал набор игл. Для того чтобы лекарство скорее подействовало, важно активировать нужные точки – и это Хаято тоже не нравилось. Как ребенок, он кривился и ворчал, пока Ишинори втыкал иглы, легко находя точку за точкой. Комната пропиталась резковатым запахом снадобий, и это внушало обманчивое чувство покоя и безопасности.

— Так что ты там надумал по поводу этого дела? – нарушил молчание Хаято. Он старался не шевелиться, но тонкие, почти невидимые иглы все равно задрожали, когда он заговорил. Заметив это, Хаято снова застыл каменным Дзидзо[6].

Ишинори не спешил отвечать. Ему не нравилось, чем все это пахло. Уж точно не морской свежестью, а скорее гниющими водорослями, а под седыми волнами можно было случайно отыскать вовсе не раковину с жемчугом, а распухший труп.

— Наверняка ты обратил внимание на вещицу, что нашел у ворот Нару-кун, – заговорил он наконец. – Браслет с узелками.

— Какая-то женская побрякушка, – нахмурился Хаято. Ишинори терпеливо ждал и дождался. – Погоди-ка! Я уже видел такое, но попроще.

Он также вспомнил и где он встречал подобную вещь. В чьих руках.

— Женщины могут быть коварны, – произнес Ишинори.

— Не верю я, что Фумино стала бы насылать проклятие на дочь торговца. Они же из двух разных миров… – и тут Хаято снова осекся. – Сейчас.

— Но родились они в одном мире, – закончил его мысль Ишинори и опустил взгляд на свои руки. «Мы с ним тоже из одного мира, а вроде и из совершенно разных, – подумал он. – И мы неизбежно становимся все дальше друг от друга».

— А причина?

— Зависть? Обида? – Ишинори пожал плечами. – Мы ничего не знаем об этих людях, кроме того, что они нам сами показали. Эти девушки почти ровесницы. Даже могли быть раньше знакомы. Но сейчас одна помогает отцу плести сети и с матерью присматривает за младшими сестрами и братьями, а другая одевается в парчу и шелка и живет в большом доме с прислугой. Скажи мне, что Фумино не такая.

Но Хаято не сказал.

— Сдается мне, нашествие крабов на деревню рыбаков как-то связано с проклятием Хонами, – заключил Ишинори и достал узелковый браслет. – Давай посмотрим, что это украшение в себе таит.

— А тебе не рано использовать ки? – обеспокоено спросил Хаято, иглы в его животе дрогнули, и он зло вырвал одну из них. – Надоели! Вынь уже из меня эту дрянь.

Тончайший металл в его пальцах грозил переломиться от неосторожного нажатия. Ишинори поспешил собрать свои инструменты, пока их не лишился, а Хаято с наслаждением потянулся и накинул кимоно на плечи.

— Наоборот, чем скорее я войду в гармонию с внутренним потоком энергии, тем быстрее восстановится тело. Эти уроки учителя ты тоже проспал?

Оба сразу посмурнели. Судьба учителя все еще была туманна. Куда он отправился после разговора с Дзаннином? В рёкан он не возвращался, рыбак Буничи тоже не видел других оммёдзи, кроме них. Не в воздухе же он растворился? Или…