Любовь, горькая и сладкая - К. Ф. Шредер Страница 73

Кари решила подыграть Чичико, пока не разгадает ее план или не поймет стратегии «Горящей лилии». Что произошло с Наэлем? Где скрывается Харуо?

Она медленно надела платье, накрасилась и расчесывала растрепанные волосы, пока они не заблестели. Ее тело было усеяно порезами и ссадинами. На запястьях виднелись следы кандалов. Она как могла скрыла следы борьбы и пленения. Глянув в зеркало, увидела превосходную фарфоровую куклу. Кари выглядела такой, какой хотел ее лицезреть Дайширо, – соблазнительной, женственной, таинственной. Как хорошо выдрессированная райская птичка, а не как существо, готовое выцарапать тебе глаза.

Потом она постучала в дверь изнутри и сказала:

— Чичико? Я готова.

Никакой реакции. Она осторожно нажала на ручку двери. В коридоре было пусто. Ни следа охранников, которых Кари ожидала.

— Чичико? – позвала она, на сей раз тише.

Могло ли быть так, чтобы Чичико действительно оставила ее одну? И даже предоставила ей возможность побега? Или это была ловушка, какие так любил устраивать раньше Дайширо? Кари вышла в коридор, сделала еще шаг, стараясь ступать как можно тише. Она рассчитывала, что внезапно мог выскочить воин, на вилле Немеа было много ниш и укрытий для них, но ничего такого не произошло.

Она дошла до первого этажа, когда открылась дверь. Из комнаты с улыбкой вышла Чичико.

— Как ты долго! Почему ты крадешься в собственном доме? – спросила она, склонив голову набок. Кари сдержала комментарий о том, что вилла Немеа уже давно не была ее домом.

— Входи, – сказала Чичико, и Кари вошла за ней в помещение, где было множество экранов. Черно-белые видео показывали, что происходит в коридорах и во множестве помещений виллы. Отсюда Чичико могла наблюдать за каждым шагом Кари. Ей не требовались охранники, если она и так знала, что делает Кари.

— Ты красивая, принарядилась хорошо, – одобрительно хмыкнула Чичико, обстоятельно оглядев падчерицу. Потом взяла Кари за правое запястье и потерла кожу, чтобы из-под косметики проступили красные ссадины. – Пусть они увидят, что ты изранена. Никто не будет подозревать птичку с поломанным крылом. Особенно с таким хорошеньким личиком, как у тебя, – сказала Чичико и кивнула на экраны. – Оглядись пока.

Кари подошла ближе. Она узнала комнату, теперь пустую, и двумя экранами дальше – роскошно обставленное помещение, по которому нетерпеливо расхаживала из угла в угол Изобелья Заларо.

— Ты держишь Изобелью взаперти, – сказала Кари. – Разве она не поклялась тебе в верности?

— Поклялась. Но я научилась у мужа держать друзей близко, а врагов – еще ближе.

Кари захотелось спросить, к какой категории она причисляет ее, но тут на одном из экранов заметила Харуо. Он стоял в камере и был закован. На его руках и ногах были кандалы, а на шее железный ошейник, все они были прикованы цепью к стене. Железный скафандр, который надевали на него в храме Калисто, теперь сняли, и взгляду открывалась голая спина теневого ассасина, исполосованная шрамами.

Кари вскрикнула.

— Ты что, велела его выпороть? – воскликнула она, не веря своим глазам. А ведь ей уже пора было привыкнуть, что Чичико способна на звериную жестокость.

— Поверь, мне не доставляло радости лицезреть его страдания. Но некоторые из моих людей были злы на него, и я не хотела лишать их справедливой мести. Можешь себе представить, как они были огорчены, когда узнали, что я отказалась казнить Харуо.