Хозяйка кондитерской - Наталья Самартцис

Пролог. Я проснулась в новом мире

— …Мама! Мамочка! — надрывался испуганный детский голос. — Мама! Вставай! Хватит нас пугать!

Незнакомый мальчик плакал и кричал довольно громко. И судя по всему, где-то рядом со мной. Что же это, уже ангелы за мной прилетели? Только почему они меня так странно называют?

— Замолчи, Фелион, — строго ответил ему другой голос, как будто девочки, и постарше. — Может, для нас это и к лучшему. Мы наконец-то свободны, и тётя Криона отдаст нас в сиротский приют!

Ого! Похоже, в этой семье не всё так гладко и благополучно. В моей, к счастью, всё было по-другому. Хоть бог и не дал мне возможности самой завести детишек, я с удовольствием воспитывала своих маленьких племяшек, благо у меня их со временем оказалось аж пятеро: двое от старшего брата, Кирилла, и трое от младшей сестры, Зиночки. Потом они выросли и завели уже своих детишек, и я стала любящей бабушкой, а потом…

— Нет, Ами, ты не права, — упрямо отвечал всё тот же тоненький голосок где-то над моей головой. — Мамочка всегда говорила, что приют — это очень, очень плохое место для нас!

— Да что может быть хуже этого дома, Фел? — сердито отвечала девочка. — Разве мы тут что-то хорошее видели?

Странный, однако, сон ко мне привязался. И голоса звучат слишком правдоподобно, я их слышу очень отчётливо, хотя уже пятнадцать лет как оглохла на одно ухо.

Да и вообще, что тут за крики такие, перед новопреставленной? Разве мне сейчас не положено слышать прекрасную музычку, гулять по шелковистой травке и нюхать благоухающие вечно цветущие розы в раю?

Что я попаду именно в рай, я не сомневалась.

Ведь жизнь я прожила долгую, счастливую и наполненную смыслом, хоть и место семьи у меня занимала любимая работа. Более пятидесяти лет я проработала поваром-кондитером: сначала в небольшом ресторанчике, а затем организовала и своё собственное кафе, которое было довольно популярно в нашем городе. У меня даже имелись кое-какие награды за конкурсы, в которых побеждали мои десерты. Меня и по телевизору несколько раз показывали, когда я участвовала в кулинарной передаче.

Работала я до последнего, пока уже руки и зрение не стали меня подводить. Своё дело передала одному их племянников, заработанную мною крупную сумму распределила между своими родственниками. Вроде все остались довольны, я всегда пользовалась среди родственников уважением.

Меня все любили.

Как сейчас помню, они собрались вокруг меня, чтобы дружно проводить меня в мир иной. Как-никак, мне уже девяносто четыре на днях стукнуло! Я с самого утра чувствовала, что сегодня особенный, очень важный день. Отжила я своё, ничего уж тут не поделаешь.

Многочисленные родственники и знакомые стояли вокруг моей кровати плотным кружком, что-то говорили, и я лишь на минуточку прикрыла глаза, а тут — хлоп! Всё куда-то перед глазами полетело.

И почему сейчас вместо белого потолка моей спальни я вижу другой — тёмный, деревянный, как будто в доме моего детства? Да и вместо широкой мягкой кровати с балдахином я лежу на чём-то жёстком и неудобном, как будто бы на каменных ступеньках... И привычной боли в ногах я больше не чувствую, а вот затылок болит — как будто меня знатно так по нему приложили.

Ничего не понимаю!

— Да вон она, уже моргает, — разочарованно протянула девочка, хотя я по-прежнему никого из говорящих не видела.