Игла из серебра - Яна Лехчина

Карты Анастасии Андриановой

© Лехчина Я., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

* * *

Злорадствовать я буду лишь в тот самый миг, когда собственной рукою иглу, на конце которой смерть твоя, в сердце твоё воткну.

«Кащей Бессмертный», фильм, 1944

1

Наставник

В его жизни было много людей, которых он мог бы назвать своими учителями. Бесшабашные сверстники и могущественные колдуны. Случайные спутники в путешествиях и башильеры, с которыми он жил бок о бок. Лекари и воины, дознаватели и еретики – каждый, желая того или нет, обучил его чему-то. Не все из этих уроков были приятными или простыми, но что Лазáр точно умел, так это учиться. Однако хотел ли он когда-нибудь стать чьим-то наставником? Ему случалось растолковывать младшим послушникам священные тексты, а что о колдовстве… В этом смысле Ольжана оказалась первой.

Они сидели в его комнате, снятой на очередном постоялом дворе. Снаружи – промозглый летний вечер, морось и слякоть. В такую погоду у Ольжаны ещё хуже обычного получалось заклинать солнечный свет, так что Лазар настоял на привычных упражнениях больше от упрямства, чем от надежды: для колдунов было важно то, что иофатцы называли дисциплиной. Однако сейчас Лазар смотрел, как вокруг Ольжаны, расположившейся прямо на дощатом полу, крутился кот, сотканный из её чар.

— Видел?! – Ольжана задохнулась от восторга. – Длани!..

Разумеется, он видел.

Кот был кривоват, лохмат и больше напоминал причудливую помесь с неизвестным зверем, но до этого у Ольжаны не получалось создать ничего подобного. Ольжана поймала его и усадила себе на колени, погладила по спинке. Отдельных шерстинок у кота не было, только смазанно-жёлтые очертания шкуры, мерцающие, как открытое пламя. Рот получился слишком широким, отчего напоминал обычный человеческий, а не кошачий, но глаза удались на славу – они искрились, словно два солнечных блика, застывших в кусочках янтаря.

— Замечательно, – сказал Лазар. – Вы большая умница.

Ольжана облегчённо засмеялась, и в груди Лазара ёкнуло. То ли от радости, то ли от досады – не разобрать; захотелось вцепиться себе в горло или облиться ледяной водой. Надо же… Он ведь надеялся, что расчётливее и умнее, и над ним не имеет власти то, что будоражило обычных людей.

Лазар поскрёб щетину. Ну а чего он хотел? С чего он решил, что окажется сильнее человеческих слабостей? Смерть и любовь с начала времён ходили под руку, и чем ближе смерть, тем сильнее потребность в любви. Лазар признавал: то, до чего дошли их с Ольжаной отношения, – его вина. Убийства – вынужденная мера, но Ольжана?.. Это итог его, Лазара, потакания себе.

Мог бы предугадать, что в один момент не выдержит и лопнет, как вечно натянутая струна. Длани, думал он, зачем вообще решил звать её в Хал-Азар, прекрасно понимая, что Хал-Азара в их жизнях не будет? (И тут же взвилась дерзкая мысль: а если?.. Даже висельник грезит, что верёвка вот-вот порвётся.) Тогда Лазар надеялся, что Ольжана либо откажется и он выдохнет, свободный от любых чаяний, – либо она согласится, ведомая такой тоской, что не страшны ни чужие предрассудки, ни его ложь.