Идеальный мир для кузнеца - Олег Сапфир,Натан Раух

Глава 1

Ну и жара.

В моем учительском кабинете как в бане, только веников не хватает. Сижу за столом и потихоньку тупею, слушая, как Кузнецов мямлит что-то про покушение на Александра Второго. Мямлит так вдохновенно, что у меня складывается ощущение – он и сам не понял, на кого покушались и зачем.

С задней парты раздается голос Гоши. Гоша – стажист девятого класса, второгодник и самый отчаянный человек в этой школе, не считая меня.

— Денис Евгеньевич, можно окно открыть? Задыхаемся уже в этой парилке.

— Так оно и так открыто. Куда больше-то?

— Так блин, давайте полностью распахнем! Дышать нечем!

— Ага, давай, Игорь. Распахнем, ты из него выпадешь, а отвечать мне. Я себя под статью подводить не хочу. Ты бы лучше на мои вопросы так же напористо отвечал, как окно требуешь открыть.

Гоша затихает, но ненадолго. Гоша вообще никогда не затихает надолго – проверено.

Смотрю на Кузнецова у доски. Кузнецов смотрит на меня с выражением человека, которому пообещали расстрел, но пока раздумывают.

— Садись, Кузнецов. Три.

— А че три-то? Я нормально ответил! Денис Евгеньевич, может, четыре?

— Может, и четыре. Но в другой раз. Садись, Кузнецов, садись.

Контингент у меня, конечно, не соскучишься. Все на учете: кто на внутришкольном, кто в комиссии по делам несовершеннолетних. Причем не за мелкие грешки. Хотя парни в основном нормальные, просто тянет их на приключения с завидной регулярностью. А я пытаюсь вложить в их пытливые умы хоть каплю знаний и хоть немного занять чем-то полезным. Получается через раз.

— Денис Евгеньевич, – Гоша снова активизируется, – так если я не понимаю, что тут написано, как я отвечать-то буду?

— Что же тебе непонятно, Игорь? Какие тайны открыла тебе история?

— Ну вот, консерватизм – это чего такое?

Глаза у него при этом чистые, а взгляд наивный.

— Скажи мне, Игорь. Как твоя мама сохраняет овощи с огорода на зиму?

— Ну, в банки закатывает. А че?

— А как называется то, что в банках хранится? Одним словом.

— Консервы.

— Ну вот. Консерватизм – это когда хотят что-то сохранить. В данном случае – старые порядки. Понял?

— Так-то да! Теперь понял. Спасибо, Денис Евгеньевич, вы умеете просто объяснить!

От дальнейших педагогических подвигов меня спасает звонок. Класс стартует на выход так, будто за дверью раздают бесплатный вай-фай.

«В армейке, кажется, попроще было, – думаю, возвращаясь к созерцанию оконного пейзажа, – спокойнее, что ли». Внутренний голос тут же возражает: «Не проще. Было по расписанию. Своей головой особо думать не приходилось. Квадратное – катай, круглое – носи». И ведь не поспоришь. Служба дала мне ровно то, что пригодилось в жизни: ответственность, дисциплину и привычку не спать на посту. Особенно помогает с трудными подростками.

В кармане вибрирует телефон. Макс. Мой единственный армейский друг и главный поставщик хаоса в мою размеренную жизнь.

— Дэнчик! Ты просто колдун! – орет он вместо приветствия. – Твои доспехи – это космос! Ты сенсей и гуру огня и металла!

— Макс, ты бы хоть поздоровался. Ты там с самим магистром ваших реконструкций схлестнулся?

— Лучше, Дэн, лучше! Мы как приехали, все сходу заценили твое творчество. Михалыч чуть ножны не сгрыз от зависти. Опять начал разоряться, типа мне самые лучшие доспехи «кузнец» подогнал, еще и за полцены. Даром что сам в твоих гоняет. В общем, реконструировали мы битву на Чудском озере.