Ёлка для вукора - Алиса Лисенберг Страница 6

После завтрака, когда Рон отправился пересчитывать запасы в погребе, кухарка подошла к Лире. Та вытирала столы после утренних посетителей, что спешили по делам и завтракали на скорую руку.

— Могу я отлучиться на пару часов? — спросила она. — Мне нужно кое-куда сходить.

Лира посмотрела на неё внимательно, отложив тряпку и опершись руками о столешницу.

— Куда это ты собралась?

Ри замялась. Говорить правду или придумать отговорку? Но Лира всегда была к ней добра, всегда заступалась. Может, стоит довериться?

— Я хочу пойти к владко Дежану, — сказала кухарка. — Попросить его разрешить устроить празднование Нового года в городе.

Лира охнула.

— Ри, милая, — с тревогой спросила она. — Ты уверена? Дежан — человек занятой, у него и без тебя хлопот навалом. А ты хочешь прийти и просить о каком-то празднике, о котором никто не слышал? Думаю, это не самая хорошая затея. Если тебя к нему и пропустят, то как он на тебя посмотрит? Хорошо, если вежливо выслушает, а то ведь и взашей может вытолкать!

— Я понимаю, — кухарка сцепила пальцы. — Но я должна попытаться. Если я не попробую, то так и буду жалеть.

Лира вздохнула, а затем неожиданно улыбнулась и положила руку на плечо Ри. Её ладонь была тёплой, а прикосновение — невероятно ободряющим.

— Знаешь, когда я была молодой и глупой, я тоже пыталась изменить мир вокруг себя. Правда, у меня это получалось не очень хорошо, — она усмехнулась, и в уголках её глаз появились морщинки. — Но ты другая. В тебе есть упорство. Может, у тебя и получится. Ладно. Ступай. Только не говори Рону, куда идёшь, а то он решит, что ты совсем свихнулась, и начнёт ворчать ещё больше обычного.

Кухарка благодарно кивнула, накинула тулуп и пуховый платок, поправила косу и вышла из трактира.

Утро было морозным, солнечным. Воздух пронизывала та особенная свежесть, которая бывает только зимой. Ри шла по улицам Велбрука, стараясь не думать о том, что её затея может провалиться. Вокруг сновали горожане: торговцы раскладывали товар, ремесленники открывали свои лавки, дети с визгом гонялись друг за другом, не обращая внимания на холод. Кухарка в который раз с удивлением отметила, что здесь никто не делает из детей маленьких взрослых, заставляя их работать наравне с родителями. Им просто дают жить. Это было одной из тех вещей, что нравились ей в Велбруке больше всего: детство здесь оставалось детством, со смехом, играми и беззаботностью.

Снег мелодично похрустывал под ногами. Улицы уже расчистили, но за ночь успело ещё немного намести. Высокие шерстяные чулки до середины бедра хорошо защищали от мороза, а вот нос и щёки слегка пощипывало, но это было скорее приятно, особенно после жаркой кухни. Холодный воздух бодрил, прогоняя остатки сомнений.

Путь Ри лежал в казённый квартал, где располагались все учреждения, так или иначе влияющие на жизнь Велбрука: суд, советы гильдий и города, резиденция Дежана, казначейство. Там всегда сновали важные люди, толпились просители, слушались споры и принимались серьёзные решения. Кухарка бывала там всего несколько раз, но хорошо помнила дорогу. А если бы и заблудилась, то стоявшие на улицах указатели направили её в нужную сторону.

Проходя мимо лавки ткачихи Миры, Ри услышала вой. Из дверей вылетел крупный рыжий кот, а следом за ним — сама Мира с метлой наперевес.