Личное счастье декана Дем Эрдхаргана - Ольга Токарева Страница 7

Рыжеволосая девчушка замедлила бег от вида разворачивающегося события на рыночной площади.

Несколько селянок валялись на земле, связанные по рукам и ногам, среди них была и Айка. Девушка лежала, уткнувшись лицом в землю, и на первый взгляд казалось, что она не дышит. Но вот плечи подруги дернулись, и из груди Сари вырвался вздох облегчения.

И чем ближе подходила она к месту битвы селян и разбойников, тем тяжелей становилось у нее на душе. Сладковатый запах крови разносился по всей округе, ударял в ноздри, кружил голову от страха за боцмана. Он последний из мужского населения селян стоял на ногах и отбивал атаки нападающих разбойников. Белошерстная красавица Айна рьяно помогала. Она выныривала из пространства и впивалась острыми клыками в ноги грабителей. Разорвав зубами мякоть, вновь исчезала, не забыв на прощание полоснуть по телам лиходеев хвостами, на которых сейчас были не пушистые кисточки, а острые стальные наконечники.

Озверевших истязателей, не ожидавших встретить такой отпор в богами забытом селе, обуяла ярость. Они окружили самого сильного мужчину, принесшего их рядам большие потери, и ударили ему в спину.

Эдион замер, когда острая сталь пронзила бок. Рубашка мгновенно промокла от крови, льющейся из раны. Боцман покачнулся, упав на колени, замер в ожидании, зная, что разбойники будут истязать тело даже после смерти.

Когда над головой Эдиона взлетел меч одного из лиходеев, из горла Сари вырвался крик, но он был больше похож на рык охрипшего зверя.

— Де-да-а-а! — басовито разнеслось по округе, и девушка сама удивилась грубости своего голоса.

По коже разбойников пробежал табун колких мурашек. Они повернулись на замогильный голос, вселивший в их души страх и, открыв рты, замерли, не в состоянии пошевелить телом от вида надвигающейся на них огненной стены в виде дракона, в центре которого шла рыжеволосая девушка с черными, как ночь, глазами.

Первым очнулся главарь банды, почувствовав приближение смерти. Равель бросил занесенный над головой селянина меч и пустился бежать. За ним последовали оставшиеся в живых грабители, но убежать никто далеко не смог.

Зеленые всполохи, словно змеи, извиваясь,летели вслед убегающим мужчинам. Впивались в спины, скручивая, парализуя их тела. Все, что могли сделать смертники, так это издать последний, отчаянный крик от вида надвигающихся на них огненных шаров, слетающих с ладоней рыжеволосой девушки. Вскоре затих предсмертный стон последнего разбойника.

Сари продолжала стоять и с каменным лицом швырять в черные обгорелые человеческие останки огненные шары, шепча:

— Умрите, умрите, умрите…

Когда на ее плечо опустилась человеческая ладонь, девушка обмякла и провалилась в беспамятство.

Онари Ривье в душе сожалел, что не успел помочь селянам. С холодом в голосе раздавал команды адептам-практикантам, отправившимся с ним в этот раз выискивать среди простолюдинов магов.

Их карету остановила бежавшая по дороге девушка, прижимающая к себе ребенка. Может, декан и не обратил бы внимание на красавицу, если б не ошарашенный взгляд Лагира Кантари. С открытым от удивления ртом, он смотрел на пухленького мальчугана, как две капли воды похожего на него. Хмыкнув про себя, Ривье хотел подшутить над адептом, но девушка неожиданно заголосила и рассказала, что сейчас происходит в их селе.