Жнец и ведьма. Том 1 - Виктория Рогозина

Глава 1

— Прекрасный день, чтобы испортить кому-нибудь жизнь, — задумчиво произнес Могилов.

— Матвей Денисович, смотрите, как бы вам сейчас не испортили настроение, — тяжело вздохнул Иван Сухорев. — Галина сообщила о проблеме?

Матвей Могилов поморщился. Его и без того резкие черты заострились, будто молнии, пляшущие за широким окном, вырезали лицо из мрамора. Высокие скулы, холодный взгляд, растрепанные волосы цвета вороньего крыла — как после драки с ветром. Чёрная рубашка, расстёгнутая до груди, обнажала серебряную цепочку с крестом. Кожаная куртка лежала на нём, как броня, блестела, будто натёрта злостью. Казалось, что воздух сам отступал, когда он двигался. Искры на полу сыпались, как от расплавленного металла, но он будто не замечал.

— Опять проблемы с Варварой? — голос его был низким, глухим, с оттенком скуки и раздражения, как у человека, которому в сотый раз подсовывают один и тот же сломанный прибор.

Иван Сухорев оторвался от разглядывания невидимой точки на столе и кивнул.

— Да, Матвей Денисович. Галина говорит, что Смерть… — он запнулся, — точнее, она… так и не может забрать Варвару.

Он выдержал паузу.

— Варвара живёт сверх положенного срока. Это против правил. Не позволено смертным. Вы же сами знаете.

В кабинете повисла тяжёлая тишина. Просторный, гулкий, он будто сам отстранялся от их разговора. Серые бетонные стены без единой трещинки, только шорох пыльных воспоминаний в углах. Большой дубовый стол в центре стоял, как гроб, неподвижный и неизбежный. В кожаном кресле, откинувшись, сидел Сухорев — усталый, тяжёлый, но не сломленный. Стулья для посетителей стояли пустыми, как будто даже души избегали садиться на них без особого приказа.

Могилов не спешил отвечать. Он провёл рукой по подбородку, вглядываясь в грозу за окном. Молния осветила его профиль — лицо, будто высеченное из льда, с тенью зверя в глазах.

— А она знает? — спросил он наконец. — Варвара. Что ей пора?

— Она чувствует. Но… — Сухорев пожал плечами, — не сдаётся. Она никогда не сдаётся.

Могилов медленно кивнул. И в этом движении было что-то древнее, как у статуи, уставшей стоять тысячелетия.

— Тогда… — он посмотрел прямо на Ивана, и тот чуть поёжился, — пора навестить её лично.

— Смешно сказать, — хмыкнул Иван, скрестив руки на груди, — но Варваре уже шесть раз удавалось избежать смерти. Шесть, Матвей! И это только по официальной статистике.

Матвей кивнул, проводя пальцем по столу, как будто стирал воображаемую пыль или мысли.

— Удивительно для байкерши, — пробормотал он. — Обычно таким не везёт больше двух раз. Максимум — три.

Сухорев засмеялся, сухо, с оттенком злорадства.

— Да Галина уже проклинает её. Не девушку — «Бандита». Мощный мотоцикл стоит отметить. Говорит, железяка упрямей любой души, сам себе талисман.

Могилов откинулся, сцепил пальцы под подбородком. Взгляд стал далеким, как будто он слушал не Ивана, а чей-то отголосок из другого времени.

— Странно, — медленно проговорил он, — что смертная столько раз была на грани… и всё равно улизнула. Как будто её что-то держит. Или кто-то.

— Вот ты и разберись, — Сухорев склонил голову набок. — Ты же жнец, в конце концов. Возьми под свою ответственность, Матвей Денисович. У тебя нюх на таких.

Могилов скривился, будто от укуса: