Бывший, руки прочь от пышки! - Татьяна Бэк

Глава 1

Пока ожидаю врача в кабинете, трясусь всем телом так, что зубы стучат. Сегодня наконец-то стану мамой. Точнее, я ей стану через девять месяцев, если всё пройдёт хорошо. Дверь кабинета открывается...

— Ну здравствуйте, пациентка Сердечная Елена Игоревна! — раздаётся низкий мужской голос с сексуальной хрипотцой, который мне до боли знаком.

Нет! Этого не может быть! Надеюсь, мне просто почудилось!

Зажмуриваюсь и поворачиваю голову, боясь открыть глаза. Но дальше вести себя подобным образом уже глупо, поэтому осторожно поднимаю одно веко. Сердце сперва замирает, а потом начинает биться, трепыхаться испуганной пичугой в клетке. Кровь приливает к лицу, и я едва сдерживаю стон.

Это он… Белов Андрей Юрьевич, красавец-мужчина, обладатель тела Аполлона, невероятной харизмы, обаяния и огромного… самомнения. А по совместительству — мой бывший. Предатель, разрушивший все мои девичьи мечты, растоптавший грёзы влюблённой наивной дурочки. Я зубами выгрызала, выдирала с кровью воспоминания об этом типе, и вот теперь он мой врач?

— Какого художника ты здесь делаешь? — рявкаю зло, стараясь скрыть своё разобранное до винтика эмоциональное состояние и трепет, который во мне вызывает вид бывшего.

А выглядит предатель крышесносно, как, впрочем, и всегда. Медицинская форма смотрится на нём, как на актёре порно: литые мышцы того и гляди порвут натянувшуюся ткань. Мужественное лицо с волевым подбородком, на котором раньше была столь любимая мной ямочка, сейчас обрамлено аккуратной ухоженной бородой.

— Сердце моё, вообще-то, я здесь работаю! И ты пришла ко мне на приём! — белозубо улыбается бывший во все тридцать два и нагло осматривает меня с ног до головы.

Физически ощущаю его взгляд, — кожа вспыхивает там, где наглющие глаза этого самца ощупали мои выдающиеся формы плюс-сайз.

— А ты шикарно выглядишь… — продолжает бывший с таким видом, будто не он, мудачина этакий, сломал мне жизнь.

— Не могу сказать о тебе того же! — нагло вру я.

Минуту буравим друг друга взглядами. Если бы можно было поджигать взором — бывший уже осыпался горсткой пепла, но Белову всё нипочём.

— Я пойду! — заявляю, гордо вскинув подбородок, и поднимаюсь со стула.

— Сидеть!

Белов не повышает голос, но его тихий приказ звучит так, что невольно плюхаюсьпятой точкой обратно. Этот мужчина мог бы быть дрессировщиком тигров, они бы у него были как шёлковые. Только вот я не тигрица, а кое-кто пострашнее: обиженная женщина.

— Не ори на меня!

— Сердце моё, я никогда бы не позволил повысить на тебя голос… Ты же знаешь, как я к тебе отношусь!

На мгновение по идеальному лицу бывшего пробегает тень, а в глазах мелькает что-то несвойственное этому наглецу… Боль? Вина? Сожаление?

Только вот мне сейчас плевать! Сожалеть нужно было до того, как на корпоративе в вип-комнате трахать свою начальницу, давно строившую глазки. Решил получить повышение через постель? И пусть это не похоже на Белова, который всего добивался умом и профессионализмом, но я всё видела своими глазами.

— Знаете, Андрей Юрьевич, я действительно пойду! Не уверена, что доверяю вашей квалификации!

Наконец-то мне удаётся добавить в голос достаточно льда и яда, а на лицо надеть маску безразличной ко всему стервы. Но внутри продолжает бушевать вулкан, и лучше мне уйти до того, как он начнёт извергаться. А то на столе у бывшего уже присмотрела увесистую статуэтку, которую можно прицельно запулить в его голову. Только вот я хочу стать матерью, а не осуждённой за убийство в состоянии аффекта.