Чужие дети - Лина Коваль Страница 105

Зло невозможно искоренить полностью. Помимо того, что оно, как гнойный нарыв, будет возникать снова и снова, его практически невозможно дренировать полностью местно. Надо чистить всю «кровеносную» систему. А это долго и трудозатратно.

Кроме того — зло циклично. За продолжительное время идея чужеверства проникла в кровь многих людей. Слишком многих. Эти мысли стали определять их взгляды на жизнь и выжгли обычные человеческие ценности.

Мальчишки Ивановы стали символами падения этой «Римской Империи». И одновременно с этим, их устранение в любой момент даст толчок новому развитию страшного движения фанатиков-чужеверов, поэтому Коля и Илья — пожизненные участники программы защиты свидетелей.

— Добрый день, Адам Лазаревич, — встречает меня Лектор и замечает пакет в руке.

— Добрый день.

— Пойдемте, — говорит он, забрасывая руки за спину.

Имени и звания этого человека я не знаю. Выглядит он так, что, лишь отведя взор, можно забыть непримечательную внешность. Темные волосы, обычное, чуть вытянутое лицо с внимательными серыми глазами, худощавая фигура.

Нас познакомил старший Харламов.

Мальчишек собирались увезти подальше от Москвы, в Сибирь, чтобы сменить им фамилию и впоследствии оформить в приличную приемную семью, но мне все же удалось их отстоять. В порядке здравого смысла: неизвестно, что ждет их там, и я, как человек, которому фактически их доверила родная мать, как бы я к ней ни относился, не имею права ни на кого полагаться.

— Как дела? — спрашиваю, рассматривая спортивную площадку с уличными тренажерами.

— Спорно. Младший — ведет себя хорошо. Любознательный малый, учитель, который дает им школьную программу, доволен, вроде хвалит. Со старшим сложнее…

Понимающе киваю.

— По заключению психолога, у Ильи легкая степень депрессии, на которую накладывается ранний подростковый возраст. Находиться здесь — значит довести его до работы с психиатром и диагноза посложнее. Надо что-то решать, Адам Лазаревич. Если не придумаем мы, в дело снова ввяжется опека и социальные службы.

— Решим все сами, — киваю, раздумывая, и медленно вдыхаю. — Могу с ними пообщаться?

— Конечно, — Лектор сухо улыбается. — Они гуляют с куратором. Там за главным корпусом, на футбольном поле.

— Благодарю. Еще увидимся.

Направляюсь строго в заданном направлении и уже издалека вижу яркую шапку Коли. Удивительно, какими разными могут быть полнородные сиблинги(сиблинги — термин, который обозначает детей одних родителей — прим.авт.).

Внутри разочарование. Снова.

Я бы очень хотел увидеть еще одного ребенка. Нашего с Катей общего ребенка. Будет ли он похож на Лию внешне?.. Какие черты характера позаимствует от кого-то из нас, а какие проявятся свои собственные?..

— Привет, — машет Коля и, пнув мяч брату, бежит в мою сторону.

Один.

Илья коротко кивает и бежит в обратную сторону — к большим, металлическим воротам.

— А Лия с тобой не приехала? — младший останавливается рядом.

— Не приехала, — смеюсь. — Лия сегодня в своем детском саду.

— Фу… Это там, где заставляют спать в обед?

— Ага.

— Хорошо, что я там никогда не был.

— Если смотреть с этой стороны — согласен. Пойдем-ка, сядем, — зову на трибуну. — Я тебе книги привез.

— Фу…

— Что ты все «фукаешь»? Они ведь про футбол, — пожимаю плечами. — Смотри, как знаешь… Обратно увезу…