Чужие дети - Лина Коваль Страница 115

— Хорошо, — соглашаюсь.

Он быстро делает наше общее селфи и искренне благодарит.

— Желаю вам победы в конкурсе, Катерина Антоновна!

— Пусть победит хорошее кино, — отвечаю, уже поднимаясь по винтовой лестнице и придерживая подол летнего сарафана.

Этот ответ я подглядела у Адама. Мне понравилось, как красиво он звучит: не принижая соперников и не возвышая нашу работу.

Хотя… на честные результаты, конечно, рассчитывать не стоит. Уж слишком мой отец недоволен Варшавским. Надеюсь, хотя бы из любви ко мне сможет отнестись к нашему проекту справедливо. Очень хочу в это верить!..

Сняв солнцезащитные очки, небрежно бросаю их на глянцевую скатерть и улыбаюсь Григоровичам.

— Привет. Давно ждете? — рассматриваю Настин животик под просторным платьем. — Как вы подросли!..

— Привет, мы тоже недавно пришли. Отлично выглядишь, Катя.

— Спасибо.

— Привет, — здоровается Артем и помогает устроиться в кресле из ротанга, придвигая его к столу вместе со мной.

— Как вы долетели? — спрашиваю.

Настя прищуривается, потому что именно в этот момент из-за облаков выглядывает солнышко. Второй этаж здесь без крыши, но от дождя и солнца предусмотрены большие, светлые зонты. Правда, наш стоит собранным.

— Давай я попрошу, чтобы его раскрыли, — заботится о жене Артем.

— Не надо, — она мягко останавливает. — Мне так не хватает солнца в Москве. Хочу понежиться… — поворачивается ко мне. Мы долетели прекрасно, Катя. А вы с Лией? Со вчерашнего дня здесь?

— Да, — закатываю глаза. — Она свела меня с ума, поэтому я была счастлива, когда узнала, что Адам прилетел.

— Она сейчас с ним?

— Они где-то неподалеку, в парке аттракционов. Мы договорились, что он приведет ее сюда, когда устанет, — озираюсь, и, придерживая шелковый платок на плече, придвигаюсь к центру стола. — Если честно, я удивлена, что они все еще не здесь…

Все смеемся.

— Ты нашла няню на вечер?..

Я рассматриваю высокое меню и киваю.

— Ассистентка Адама обещала остаться с Лией в номере.

— Глафира? — интересуется Артем.

— Нет. У него новая ассистентка, но, по его словам, ей можно доверять.

— Ты так и не стала смотреть фильм до премьеры?

— Нет, — опускаю взгляд. — Я хочу прожить его с большого экрана. Как и положено…

— Ох, Катя… Вот это выдержка, — Настя смотрит на мужа. — Если честно, я подглядела немного, пока Артем вносил последние правки на монтаже…

— Сегодня и я посмотрю. Лучше расскажи, как твое здоровье? — беспокоюсь за сестру.

— По-моему, все отлично. Я хорошо себя чувствую, мой лечащий врач разрешил перелет, поэтому думаю, все в порядке. Кстати, а когда прилетит Арман?

— Я не знаю, — качаю головой, посматривая на бескрайнюю, лазурную даль. — У него съемки, и какие-то проблемы с акционерами… Обещал, что приедет ближе к церемонии награждения, но я уже не надеюсь.

Сестра многозначительно на меня смотрит, потому что наша с ней последняя встреча в Москве была посвящена Багдасарову и его большой армянской семье, но при Артеме этот разговор не начинает.

И правильно.

Я благодарно киваю и прошу официанта принести мне теплую минеральную воду.

Перед премьерой так волнуюсь, что ни кусочка съесть ни за что не смогу.

— Мама! — слышится за спиной впечатляюще-громкий визг.

Я оборачиваюсь и спешно обнимаю дочь. Разглядываю ее личико, чуть тронутое солнцем в виде покраснений под глазами и на кончике носа. Конечно, я использовала специальный крем, но сейчас май и обновлять защиту от ультрафиолета надо регулярно.