Развод. Попробуй, верни меня! - Ольга Белозубова Страница 17

— Нельзя сохранить то, чего уже нет, — качаю головой. — И не я ее разрушила.

И в этот момент раздается знакомая мне мелодия телефона. Мелодия, которую Кирилл поставил на звонок дочери.

Он достает телефон из кармана брюк, поднимает ладонь, приказывая мне молчать, и отвечает с широкой улыбкой:

— Привет, котенок.

Слушает Лизу, ходит по комнате.

А у меня сердце сжимается. Я представляю, как она вернется из лагеря загорелая, веселая, полная впечатлений, и узнает, что семьи больше нет. Что мама и папа разводятся. Что теперь все будет по-другому.

Видимо, дочка рассказывает Кириллу что-то смешное, потому что он заливается смехом. Так, словно у нас все хорошо, словно мы только что не обсуждали крах нашего брака.

И вдруг останавливается как вкопанный.

— Мама? Дома, рядом со мной. — Он переводит взгляд на меня. — Лиза тебе звонила, ты не ответила.

— Я забыла телефон в машине, — вспоминаю.

Кирилл передает мои слова и спрашивает:

— Сказать ей, чтобы перезвонила? А, хорошо, понял. Конечно, у нас с мамой все отлично. Ну, беги. Жду селфи на фоне моря.

Он кладет трубку.

«У нас все отлично», — отдаются эхом в голове его слова, пока я буравлю его взглядом.

М-да. Отличнее некуда.

— Что ты на меня так смотришь? Надеюсь, не ждала, что я стану портить дочери летний отдых? — осуждающе интересуется Кирилл.

— Разумеется, не ждала. Это совершенно точно не телефонный разговор.

Я перевожу дыхание и чувствую, как из меня словно выкачали остатки энергии. Больше не хочу слушать мужа. Даже быть тут, с ним рядом, не хочу.

— Ну так что, Кирилл, я повторю свой вопрос: тебе помочь собрать твои вещи или сам соберешь и съедешь?

Глава 6. Ты все поняла?

Диана

— И что ты скажешь Лизе, когда она вернется и узнает, что я тут больше не живу? Что выгнала ее отца из дома? — усмехается муж, и в этой усмешке столько самодовольства, что мне хочется хорошенечко его встряхнуть.

Я смотрю на него во все глаза.

— То есть теперь ты собрался прикрываться дочкой? — голос срывается на высокой ноте. — У тебя совесть есть?

Он пожимает плечами.

— Я просто говорю, как есть. Лиза меня любит. И она не поймет, почему мама вдруг решила выгнать ее любимого отца.

— Дочке уже пятнадцать, она не маленькая, — стараюсь говорить спокойно, но меня потряхивает. — Я все ей объясню, и она поймет. Поймет, почему мама больше не хочет жить с папой.

Кирилл качает головой, словно я говорю глупости.

— Диана, тебе нужно успокоиться и не рубить сплеча. Подумай здраво. Сейчас у тебя есть все: дом, стабильность, уверенность в завтрашнем дне. А что будет, если ты уйдешь?

Внутри меня что-то холодеет. Я не знаю, к чему он клонит, но мне это не нравится.

— Вообще-то, у меня есть работа, — фыркаю я.

— И сколько ты там зарабатываешь? — вдруг прищуривается муж, и я понимаю, о чем он.

Да, я неплохо получаю, но мой оклад не идет ни в какое сравнение с тем, сколько получает он.

— Лиза тоже привыкла к определенному образу жизни, — продолжает Кирилл, и в его голосе появляются стальные нотки. — У нее куча увлечений, репетиторы, кружки, летние лагеря. Танцы, английский, теннис. Ты сможешь все это ей обеспечить?

Сердце начинает биться быстрее. Я знаю, что он прав: только на мою зарплату такой уровень жизни не потянуть.

— Уже начинаешь понимать, да? Это хорошо. Я не собираюсь лишать нашу дочь всего, что она любит только потому, что ты вдруг решила взбрыкнуть.