Постучи в мою дверь, любовь - Лина Коваль Страница 19

– Спокойной ночи, – говорит, отворачиваясь к окну.

– Спокойной ночи, Кирилл.

*

Утро наступает слишком быстро. Заехавший на заправку длинномер, сигналит впередистоящей машине и выступает в роли двадцатипятитонного будильника.

– Ты как? – спрашивает Кирилл и активно растирает лицо ладонями.

– С добрым утром, – потянувшись, разминаю шею. – Пока не знаю…

– Мои дорогие кресла? – смеется.

– Я ведь привыкла заниматься танцами пять раз в неделю, – объясняю, чтобы он не подумал, что я капризная. – Мышцы без спорта затекают.

– В гостинице будет тренажерный зал. Обязательно сходим.

– Спасибо!..

Я как-то неловко оглядываюсь.

На улице посветлело, и машин на стоянке поубавилось. Снега в это местности на полметра меньше, чем у нас в Северске. И вообще, кажется, будто весна наступила.

– Пойдем за кофе? – зовет Кирилл.

– Да! И умываться, – хватаю сумку и натягиваю на плечи шубу.

Мишка дрыхнет, развалившись, как король.

– Кое-кому повезло, – ворчу.

Авдеев теперь тоже смотрит на сына.

– Это точно!.. Пусть спит. Возьмем ему, что он любит.

Затем на его лице снова появляется растерянность. Так бывает только в те моменты, когда Кирилл думает или говорит о Мише.

– Я ведь даже не знаю, что он любит.

– Не переживай, я все тебе расскажу.

Мывыходим из машины.

Мавроди, щелкнув брелком сигнализации, накидывает на голову капюшон толстовки и любезно предлагает свой локоть. Подхватив его, начинаю вываливать все Мишкины секретики:

– Так, больше всего он любит манную кашу и вареники с картошкой и сливочным маслом. Не со сметаной. Это важно!..

– Про кашу уже знаю. Я, кстати, терпеть ее не мог.

– Ну, это еще ни о чем не говорит, – смеюсь. – А мы с Лилей только манную и любили. Мама ее постоянно готовила.

Вспомнив о сестре, внимательно наблюдаю за реакцией Кирилла. На лице никаких эмоций.

– Мишка терпеть не может творог и все, что с ним связано, – продолжаю. – Как, наверное, любой ребенок любит картошку фри. А еще обожает хот-доги с горчицей.

– Прям с горчицей, – открывает для меня двери. – А пьет что?

– Чай. Обычный черный. С одной ложкой сахара.

– Спасибо за ликбез. Давай тогда, встречаемся возле кассы.

Кивнув, отправляюсь в женский туалет и совершаю утренние гигиенические процедуры, а затем выхожу к прилавкам, где неожиданно сталкиваюсь с молодым мужчиной. Я утыкаюсь головой в его грудь, а он инстинктивно задерживает руки на моей талии.

– Извините, – резко отшатываюсь.

– Женщина, – слышу сзади, – ну что за сюр? Уже посреди белого дня на чужих мужиков вешаются!..

Округлив глаза, смотрю на высокую блондинку в модных крупных очках.

– Ни на кого я не вешалась, – говорю как можно тише.

– Я все видела! Наглая такая! К мужу моему приставала.

– Женщина, вы сами успокойтесь! – строго проговариваю. – Нужен мне ваш муж, у меня, вообще-то… СВОЙ есть! Самый лучший! Это просто недоразумение!

– Муж? У тебя? Самый лучший? – она смотрит на меня уничижительно, будто меня не создали для замужней жизни. Надо менять стиль или что-то делать, в общем. – Я бы посмотрела.

Сложив огромные губищи бантиком, упирает руки в бока.

Я, чувствуя внутри прилив адреналина, иду к Авдееву, как раз мирно наливающему кофе в вендинговом аппарате.

Ухватившись за широкое запястье, заставляю развернуться ко мне и злюсь, потому что чувствую между лопаток высокомерный взгляд.