Запретная для Севера - Ария Гесс Страница 29

Разрывающие воздух удары перчаток о грушу не помогают. Эмоции не выходят, копятся внутри, норовя взорваться с секунды на секунду.

Я дошел до того момента, когда еле сдерживаю себя. Это хуёво.

Я веду себя с ней так, будто право имею. Будто она моя.

— Она, — удар, — сука, — удар, — не моя!

Скидываю на пол перчатки, хватаю бутылку воды и залпом осушаю. Сейчас я в таком состоянии, что, кажется, готов убивать. И уж точно не спать, зная, что в соседней комнате…

Че-е-ерт возьми!

Захожу в ванную, включаю ледяной душ и несколько минут стою, стараясь отключить все мысли.

Кое-как доживаю до утра, когда мозг забивается работой.

Звонки раздаются один за другим. За ними я даже не успеваю заметить, как Серафима успевает позавтракать, оставить ещё одну тарелку с омлетом и салатом мне и снова сбежать в свою комнату.

Вчера я напугал ее, но мне нужно было так сделать. Это было сознательное решение. Иначе я потеряюсь сам. И ее заставлю.

За весь день она так и не выходит из комнаты. На следующий день мне приходится выехать из особняка по делам, а когда я приезжаю, уже темнеет. Застаю девушку на кухне с испуганным выражением лица с тарелкой нарезанных фруктов в руках.

— Я уже ухожу, — тараторит, прикрывая кардиганом короткий топ.

Который, сука, я все равно успел заметить. Эта полоска оголенной кожи въелась мне в голову, и теперь я уже не могу видеть ее иначе.

— Стой, — хриплю, и она замирает на месте, уже стоя ко мне спиной. — Ты можешь спокойно поесть здесь. Я возьму кофе и уйду.

— Не нужно, мне…

— Сядь, — не выдерживаю, чуть повысив голос.

Она вздрагивает, разворачивается и послушно садится за стол.

Наливаю себе кофе, а сам нутром ощущаю, как пристально она смотрит мне в спину. Сам не знаю, зачем это делаю. Зачем заставляю ее сидеть рядом.

Мой телефон вибрирует и становится спасением для моей бунтующей с разумом фантазии. На мгновение опускаю взгляд, а потом включаю громкую связь и принимаюсь закатывать рукава, чтобы помыть руки.

— Здравствуй, Виктор, — кидаю взгляд на Серафиму, которая сидит, выпрямившись на стуле, и внимательно слушает.

— Добро, Север. Я благодарен тебе за спасение дочери, но теперь все решилось, я скину тебе координаты, куда ее нужно привезти.

— Время?

— Как можно скорее, — с неким отчаянием в голосе заканчивает ее отец.

Смотрю на Серафиму. Она снова напугана. Моё же выражение лица остаётся нечитаемым. Я стараюсь не показывать свое недовольство и раздражение, которые растут внутри.

Зачем, будучи погрязшими по самый уши в военные распри мафиозных кланов, подвергать опасности дочь, вырывая из надежного места?

Вывод напрашивается лишь один.

И он мне пиздец как не нравится.

Несмотря на это, мы быстро собираемся и садимся в машину. Серафима выглядит потерянной и расстроенной, и ее состояние усиливается, когда мы приезжаем, и ее отец с ходу говорит, чтобы она готовилась к вылету.

Я понимаю, что был прав.

Ее отец вернулся, чтобы забрать ее с собой. И явно надолго.

Ловлю ее взгляд на пути к машине ее отца и отчетливо вижу в нем… обречение и нежелание.

Если бы ты знала, девочка, как я тоже этого не хочу.

Не хочу отдавать её. Не хочу, чёрт подери!

Но и сделать ничего не могу... особенно когда Виктор громко, так, чтобы она слышала, произносит:

— Из-за возникшей опасности было принято решение ускорить вашу свадьбу с Германом и поскорее объединить кланы.