Наша навсегда - Мария Зайцева Страница 8

— Ты — малышка, — говорит Лис, глядя на меня блестящими в полумраке салона глазами, — только не наша уже, да?

Камень, услышав это, глухо матерится. Но не тормозит, показывая, что вообще мое мнение тут никакой роли не играет.

Ничего нового, не так ли?

— Давно не ваша, — огрызаюсь я, чувствуя внезапный укол где-то в районе груди. Там, где сердце раньше было.

Лис молчит, но взгляда от меня не отводит. И Камень тоже смотрит в зеркало заднего вида. Тяжело. И здоровенные кулаки на руле сжимаются.

Атмосфера густеет снова, того и гляди, молнии начнут сверкать!

— Остановите! — нагнетаю я. Понимаю, что зря, что надо бы, наоборот, прогнуться, как-то поспокойней с ними себя вести. Поравнодушнее. Но не получается.

Все то, что в себе давила все эти годы, сейчас стремительно выбирается на первый план: обида на предательство, разочарование, желание причинить боль, хоть немного равноценную той, что сама испытала когда-то.

— Со мной все в порядке уже.

— Врач решит, — обрубает Камень.

Лис кивает.

А я…

Я решаю остановиться.

В конце концов, пусть довозят, если есть желание. Это ничего не значит. И разговаривать с ними меня не обязывает.

В салоне наступает гнетущая, невероятно тягостная тишина.

Я гляжу в окно, показательно не реагируя больше на взгляды мужчин.

А они…

Они смотрят на меня.

Так смотрят, сволочи!

Поневоле становится жарко!

Господи, да почему я реагирую-то на них? На этих обманщиков, предателей, хамов, никогда и ни во что меня не ставивших? Думающих исключительно о себе, о своем удовольствии!

Вот как быть?

Все, абсолютно все, мозгом понимаю!

А быть холодной, равнодушной, спокойной — не могу!

С Тошкой — отлично же получалось! И получается! А к нему я куда меньше негативных эмоций испытываю, чем к этим…

Тошка мне помог, в конце концов! Я ему даже благодарна! Пусть у его помощи и было двойное дно, пусть не совсем он бескорыстно, ради нашей дружбы невинной детской, со мной возился, как выяснилось…

Но он был рядом в самую тяжелую для меня минуту.

Он.

А не эти…

А теперь, когда все прошло, когда я уже успокоилась, живу своей жизнью, пусть не самой счастливой, но и не самой отвратной! Явно я бы хуже жила, останься в родительской квартире тогда! Если вообще жила бы…

И вот теперь, когда столько лет прошло, они внезапно нарисовались! И снова с теми же словами, теми же действиями!

“Малышка”, — передразниваю я мысленно Лиса, заводясь все больше и больше.

Я уже давно не малышка! Была когда-то, да.

Наивная, глупая, мечтательная Рапунцель, как Рафик называл, веселый парень из музыкальной группы Сашки Колесника. Группы, название которой я забыла давно уже.

А вот прозвище, которым меня наградили тогда парни — все еще в памяти.

И то, как меня эти двое называли, тоже.

Это оттиском по металлу выгравировалось, не стереть.

К сожалению.

Иногда я думаю, что потеря памяти была бы очень в тему. Как хорошо, как славно: все просто забыть, вычеркнуть…

А еще лучше: вернуться в прошлое и просто пройти мимо Камня и Лиса тем ясным сентябрьским днем.

Машина Камня легко преодолевает препятствие в виде больничного КПП, из будки даже никто не выходит, чтоб проверить пропуск.

Как там таксист кричал?

Бригада Камня?

Кто такой теперь Камень? Бандит? Авторитет? Каким образом так получилось? И каким образом Лис теперь полицейский?