По тонкому льду - Сара Адам Страница 95

— А почему сегодня здесь нет посетителей кроме нас? – я поворачиваю голову на Максимилиана, который с безумно заинтересованным видом разглядывает колонну, не отвечая на вопрос. – Максимилиан, ты арендовал… весь Лувр для нас одних?!

— Если тебе хочется почувствовать паническую атаку в давке, можешь прийти в другой день. Но без меня, – с непробиваемым выражением лица отвечает, оборачиваясь.

— У меня нет слов! – я с разбега бросаюсь на мужа, повисая на его шее. Впервые позволяю себе такое поведение, да ещё и при чужом человеке. Мужская рука автоматически обнимает мою талию, удерживая на весу. – Спасибо! Спасибо! Спасибо! – прижимаюсь своим лбом к его.

Максимилиан

Искусство – это всё, конечно, чудесно, но не про меня. Сегодня я в этом убедился, смотря на то, как двинутый гид с блестящими, как у чокнутого, глазами рассказывал нам про комнату Наполеона. Или, когда они восторгались в унисон с Ариелой у крошечной картины этой Мона Лизы, за пуленепробиваемым стеклом. Там же ни хера нормально видно не было.

Вынесло меня и с Греческой комнаты, где стоят голые статуи с крошечными членами. И это, по их мнению, искусство?

Ариела со включенным гидом втопили к безрукой статуе, что-то бурно обсуждая. К этому моменту я уже так знатно подзаебался несколько часов бродить по музею, несколько раз проклял себя за идею вдохновить жену этой прогулкой.

Взгляд цепляется, как тростинка Луи, кладёт руку на предплечье Ариелы и что-то объясняет, но моя девочка умна и воспитана, поэтому тактично отодвигается на расстояние, потом, кивнув гиду, отходит, чтобы прочесть какую-то табличку у очередного шедевра.

Подзываю к себе двумя пальцами паренька, тот незамедлительно подходит поближе.

— Как, говоришь, эта статуя называется? – киваю головой на безрукую бабу.

— О, это Венера Милосская, месье! – отвечает с воодушевлением.

— Молодец, Луи, а теперь внимательно посмотри во-о-он на неё, – киваю в сторону безголовой статуи с крыльями, – что ты видишь?

— О, а это Ника Самофракийская месье! – поясняет Луи.

— А сказать тебе, что вижу я? – кладу руку на плечо гида.

— Что? – немного стушевавшись от моего изменившегося тона, спрашивает паренёк.

— Статую без головы. Ещё раз прикоснёшься к моей жене, будешь как Ника Самофракийская! – убийственно спокойным тоном, предупреждаю.

— Простите. Я не хотел вас оскорбить! – парнишка начинает дрожать и оправдываться. – Я…

Перебиваю, не дав договорить:

— Родной, если бы ты попытался меня оскорбить, был бы уже как во-о-о-н та статуя, – показываю в сторону кудрявого мужика без пениса.

Ариела поворачивается в нашу сторону, подозрительно оглядывая обоих. Подмигиваю жене и хлопнув по плечу гида, предлагаю продолжить нашу великолепную экскурсию!

Дальше Луи рассказывает уже намного сдержаннее и не распускает свои грабли. Когда чёртово турне по музею подходит к концу, мы выходим из здания, Луи спешно прощается и чуть ли не бегом покидает территорию.

— Что ты ему сказал? – Ариела берёт меня под локоть, пока идём к машине.

— Когда? – жестом подаю знак охране и сам открываю пассажирскую дверь на заднее сидение для жены.

— Я знаю, что тебе не понравилось, как Луи прикоснулся ко мне, – чертовка хитро щурит глазки, когда машина трогается с места и мы направляемся в отель. – Мне тоже не понравилось. Только ты можешь это делать, – уже тише добавляет наклонившись поближе.