Монстр - Марика Макей

© Марика Макей, текст, 2023

© ООО «РОСМЭН», 2023

Пролог

Все мы – монстры. Кто-то больше, кто-то – меньше. Я вот процентов на двадцать пять – точно… И каждый из нас боится признаться в этом. Себе, окружающим. Я тоже боюсь и бегу. Получается, бегу от себя.

Я вылетела из старой школы за драку. Это была не первая моя потасовка, все когда-либо сталкивались с подобным. Но после той, казалось бы, обычной стычки меня ждали ужасные последствия, каких я и представить себе не могла.

Это случилось на уроке физкультуры. Мы играли в волейбол с одноклассниками, ничто не предвещало беды. Я особо и не поняла, как началась ссора с девчонкой из класса, – кажется, мы не поделили мяч. Вообще-то я никогда не начинала драк сама, но в этот раз меня накрыло. Вся школа знала, что я компанейская, шумная, точно могу дать сдачи, и лишний раз никто не вступал со мной в конфликт, но Карина какого-то черта решила показать зубы. Меня это не на шутку разозлило. Точно не помню, как мы сцепились и очутились на полу спортивного зала. Нас быстро разнял учитель, и никто не пострадал. Казалось бы, следовало на этом закончить, но меня распалил тот факт, что победителя не было…

После урока мы с девочками из класса столпились в раздевалке, чтобы сменить спортивные костюмы на джинсы и кофты, – формы в нашей школе не было. И до моего слуха донеслись смешки в компашке Карины. Одноклассницы веселились, что та выстояла против меня. Ну какие же дуры! Могли дать мне шанс свалить и не слышать этих разговоров. Но я услышала, и гордость не позволила просто уйти.

И дело было даже не во мне! Хотя кого я обманываю… во мне, конечно. Но зачастую такое поведение нам навязывает общество и негласные школьные правила. Я хотела быть на верхушке пищевой цепи, а иначе можно было оказаться в пасти хищников. В этот раз победили плебейские принципы и страх от одной мысли, что поползут слухи о моей слабости. Я не могла этого допустить!

Я подлетела к Карине и ударила кулаком ей в лицо. Один раз. Но метко. Когда еще папа был жив, он сам сшил мне грушу для битья из кожзаменителя, наполнил ее зерном и временами тренировал меня. Удар поставить мне смог, так что… Крови Карины я не видела, да и не стала смотреть и добивать одноклассницу, потому что она сразу упала и зарыдала. Я ушла на следующий урок, оставив переполох за своей спиной. А после меня вызвали к директору. Оказалось, что Карина – сердечница, в детстве ей сделали операцию, и физически напрягаться ей нельзя. Кажется, я слышала об этом и даже видела однажды толстый, неровный шрам на груди Карины. Но в момент, когда меня захлестнула злость и я ударила, естественно, я даже не вспомнила об этом. Ума не приложу, почему она посещала уроки физкультуры, ведь у нее наверняка имелось освобождение от них. Возможно, у Карины было свободное посещение, но вместо того, чтобы бездельничать, она играла с нами за компанию…

В итоге Карину увезли на скорой, она пролежала в больнице месяц под наблюдением врачей. Меня искали ее многочисленные братья, пришлось бежать, поджав хвост. Я перестала появляться в школе. Было страшно столкнуться с возмездием, и одновременно я стыдилась того, что натворила.

Мама всегда прислушивалась к моим желаниям, потому что считала достаточно взрослой и самостоятельной, но в этот раз решение о переводе приняла за меня. Если честно, я очень этому обрадовалась.