Операция «Пепел» - Валерий Барабашов Страница 106

— До свалки сколько километров? – Елена что-то высчитывала в уме.

— Да сколько… До оврагов за котельной шесть, да там еще… три наберется, не больше. Ну, максимум десять. Да обратно. В общем, с разгрузкой на дорогу мне дают час.

— Колесо можешь по дороге проколоть?

— Могу, конечно. Еще полчаса на замену запаски. Но там, по дороге, меня и ждут. Колун или еще кто-нибудь, на «Ауди». От них не убежишь.

— А Колун один приезжает на свалку?

— Один.

— На чем?

— На велосипеде, на чем же еще?! Вроде что-то ищет… Ну, сама понимаешь, хитрость это, для отвода глаз.

— А еще там, на свалке, люди бывают?

— Когда как. Бывают, конечно. В основном бомжи. Жратву ищут, бутылки… Бывает, бульдозер ползает, кучи разгребает, пацаны шарят. Но все это днем, засветло, в хорошую погоду. А так кому там быть-то?

— Ну-ну.

Елена легла, потушила ночник. Думала вслух:

— Этот вариант со свалкой хороший, да. Поехал, да не в ту сторону… Но на свалку с хорошим уловом тебя могут и не послать.

— В том-то и дело.

— Тогда так, Бульбаш. – Елена четко рубила фразы в приказном уже стиле: – Объявляю готовность номер один. Сумки я потихоньку перенесу в джип, в гараж. Документы, продукты – все уже готово. Ты – на смену, а я тебя жду с машиной сегодня, после девяти вечера, понял? На том месте, где прошлой осенью грибы собирали, помнишь?

— Ну а почему ты именно сегодня решила?

— А когда? Не получится сегодня – через денек-другой повторим. Ни ты не знаешь, когда и что повезешь, ни я. И у шефа твоего не спросишь. Значит, надо ловить случай. Не получится на этой неделе – на той будем жар-птицу ловить. Когда-нибудь да повезет.

— А с Колуном что делать, если он на свалке встречать будет? – наивно спросил Бульбаш.

Елена приглушенно, в подушку рассмеялась.

— Взасос его поцелуй, ручку пожми, а потом золото отдай, – ехидно проговорила она. – Здоровья ему пожелай… Тебе зачем на свалку-то ехать, или где он там будет ждать тебя? Мы же решили: я тебя буду ждать за постом ГАИ, на поляне.

— А-а…

— Бэ-э-э… Тупой ты, Бульбаш, как моя коленка. Ладно, давай спать. Третий час уже.

И Елена теснее прижалась к мужу, обвила-опутала его длинными своими ногами, поправила на боках одеяло и скоро затихла. А Бульбаш долго еще не спал – думал, прикидывал, проигрывал в уме варианты их побега из Костомарова. Времени мало, да, но если сработать четко, то все может получиться именно так, как задумала Елена. А если не получится…

Бульбаш горестно вздохнул. Умирать ему не хотелось. Это всегда успеется. Пожить хочется, и пожить хорошо, сладко. Эх!..

Новая, непознанная еще, неизведанная, богатая жизнь манила так, что под ложечкой у Бульбаша засосало, а сердце в груди тревожно, предупреждающе забилось. Кто-то разумный и осторожный, сидевший внутри, тихохонько шепнул: «Не делай этого, Бульбаш. Пожалеешь…» – «Но у многих же получается! Почему не рискнуть и нам?» – «Ну, смотри, тебе виднее». – «Смотрю. И думаю. Рискнем».

* * *

Вечер был хмурый, дождливый, ветреный.

К обеду проглянуло было солнышко, засверкало на мокрых крышах домов Костомарова, пригрело, но теплом и лаской баловало недолго. Снова набежали на низкое небо дальние какие-то, с Атлантики, циклоны и антициклоны, заспорили между собой, задрались. Громыхнул гром, и молния сверкнула, как злобный, прощальный оскал загнивающего капитализма, а потом вообще светопреставление началось – повалил на истерзанную землю снег с дождем, добавляя и холода, и грязи, и тоски.