Операция «Пепел» - Валерий Барабашов Страница 141

«В случае чего кинемся к этим ребятам, надо будет узнать, в каком они вагоне едут, – успокаиваясь, размышляла Елена. – Только бы успеть. А то передушат сонных…»

Но она понимала: прежде чем убивать, душить (или какой они, котляровцы, придумают способ отправки Бульбашей на тот свет), Настоящий Полковник, разумеется, будет стараться заполучить слитки, спрятанные в поленья-контейнеры. А их-то в купе как раз и не будет. И они с Бульбашом станут напрочь отказываться от кражи, а свое внезапное отбытие из Костомарова объяснят срочной необходимостью проведать смертельно больного дядю, который живет под Екатеринбургом, в Камышлове…

Да, с угольным ящиком она, кажется, неплохо придумала, неплохо!

Елена вышла в рабочий тамбур, где грохот идущего поезда был гораздо сильнее, чем в купе, постояла у двери, поглазела в стекло, прислушалась – не идет ли кто? Поезд жил уже привычной жизнью, дальней дорогой, пассажиры-непоседы шастали туда-сюда: то в ресторан, то еще бог знает куда. Да и проводники то и дело наносили друг другу визиты…

Елена толкнула дверцу, которая сложилась-сломалась на две половинки, как двери в троллейбусе. Угля в ящике было много, ей пришлось даже чуть приподняться на цыпочки, чтобы разглядеть все как следует. Наверху лежали и заботливо приготовленные проводницами мелкие дровишки для растопки. Лучшего камуфляжа для их «полешек» и не придумаешь. Но надо, разумеется, закопать их поглубже, это Бульбаш сделает, он длинный, достанет.

Так они и поступили.

Посидев с полчаса в туалете, Бульбаш тихо вышел из своего убежища, закрыл дверь и вернулся в купе.

Елена объяснила ему задачу, он выслушал, кивнул – идея Бульбашу понравилась. Ему, в принципе, нравилось все, что предлагала жена. В самом деле, кто сейчас, когда поезд идет и батареи отопления обогреваются электричеством (ночи были еще холодные), станет топить котел?!

Бульбаш признался Елене, что пока сидел в туалете – думал: может, здесь спрятать контейнеры? Поковырял ножичком обшивку, винты кое-какие отвинтил, глянул – нет, опасно, и сразу не возьмешь, мало ли как получится. Да и нужна мощная четырехгранная отвертка, а где ее достанешь?

— Сейчас выйдем в тамбур, ты быстро разгребешь уголь и закопаешь слитки, – тихо говорила Елена. – Я тебя подстрахую.

И они двинулись в рабочий тамбур.

Проводница Рита возилась у своего кипятильника.

Брикеты разгорались плохо, и она ворчала себе под нос, ругала кого-то.

Пока Елена стояла на стреме, подпирала задницей дверь из вагона, Бульбаш довольно быстро раскопал в угле ямку, сунул слитки-контейнер в уголек, присыпал сверху дровишками и вопросительно глянул на супруженцию: ну как? вроде бы все в порядке?

— Я уйду, а ты постой, покури, – велела она.

Вернувшись в купе, Бульбаш по команде Елены забрался на самый верх, под потолок, в нишу-полку, и затих там, закрывшись свободными матрацами. Из коридора теперь его видно не было.

Елена, перетянув горло полотенцем, тренировалась говорить хрипло, измененным голосом.

Они думали, что беда их уже миновала.

И ошибались.

По вагонам шел Настоящий Полковник. Во главе «милицейского наряда». Который выборочно проверял у пассажиров документы.

У Котляра сохранилось старое, с гербом МВД, удостоверение. Его-то он и показывал всем желающим на секунду-другую. В руки не давал. Называл свою подлинную фамилию, звание, но эдак невнятно, не понять, а переспрашивать кто станет? Никто. Котляр знал психологию российского обывателя, ею и пользовался.