Феникс 3: Возмездие - Роман Путилов Страница 27

Территория Славянской республики, нуждающаяся в наведении конституционного порядка. Граница с Южной республикой в районе села Каменка.

— Я товарищи сержанты ваших дел не знаю…- хлопнул широкой ладонью по столу командир сводной группы старший лейтенант Беглов, позывной Бегун: — Моя задача — оборонять границу от внешнего нападения. Ни о каких беженцах я ничего не знаю, они в сферу моих жизненных интересов не входят.

— Товарищ старший лейтенант, если мы не решим этот вопрос завтра, у нас будут проблемы. Согласитесь, лучше самим решить проблемы по своему плану, чем пытаться парировать действия противника. Пассивной обороной сражение не выиграешь. Тем более, завтра может подойти вторая колонна, и тогда мы даже целым полком, будь у вас тут полк, ситуацию не вытянем. Нет, когда толпа женщин и детишек соберутся вокруг вашего танка и начнут его сжигать с вами вместе, вы можете сказать им, что вы нейтральны и приехали только защищать границу, но, боюсь вас не поймут, а если поймут, то не захотят слушать.

— А ваше начальство… товарищ младший сержант, что говорит о ситуации?

— Какое мое начальство, товарищ…

— Слышь, сержант, мне даже не интересно, какое у тебя на самом деле звание, но я в армии уже давно, еще с кадетов…- Бегун пощелкал крепким ногтем по знаку окончания Суворовского училища: — И я могу голову дать на отсечение, что таких борзых сержантов не бывает, никогда!

— Ладно, товарищ гебист…- Бегун без сил рухнул на, отжатый у нас с Глазом, топчан, сбитый из ящиков и закрыл глаза: — Завтра возьмете первый взвод в свое распоряжение, это двадцать человек, и чтобы через четыре часа здесь ни одной иностранной сволочи не было. А теперь дайте мне поспать хотя бы пару часиков.

— Бегун, однако, умный человек. — Глаз принялся составлять ящики, чтобы не развалились под его телом: — Я всегда чувствовал, что с тобой что-то не так, только сказать не мог. А тут сразу видно, офицер, сразу вывел тебя на чистую воду. Давай, иди бойцов проверяй, через два часа я тебя сменю.

— Глаз, ты не борзей. — я попытался сдернуть сержанта с ложа: — Если считаешь меня гебистом, то и иди, сам бойцов проверяй, а мне, как офицеру спать надо побольше…

— А может ты гебист –прапорщик? — резонно заметил Глаз, поджимая под себя руки и ноги и превращаясь в клубок, который так просто не ухватишь:

— А прапорщик — гебист не сильно от целого сержанта Славянской армии отличается…

— Эй, прапорщики, я сейчас встану, и вы пойдете вдвоем мой танк сторожить, а в нем холодно…- пробормотал «старлей»: — Дайте поспать, мабута мазутная…

Танк сторожить я не хотел, я хотел лечь спать в теплом кунге, пусть даже и через два часа. Я показал кулак довольно хрюкающему Глазу и вышел в морозную мартовскую ночь. Надо проверять несение караульной службы нашими невеликими силами, подкрадываться к солдатам и бить по наглым рыжим жопам, потому что, бойца куда не целуй, у него везде жопа.

Хорошо «старлею» рассуждать, что таких сержантов не бывает. Ему бы посадить в голову моего неистового дедушку, капитана РККА, который десять лет резался с басмачами, а потом с японцами, и к ценности каждой человеческой жизни относится очень негуманистически, как-то дремуче-средневеково к ним относятся. Стоит мне на мгновение замешкаться, как в голове начинаю орать, что чем меньше их останется, тем счастливее будет жить наша социалистическая Родина вместе, и каждый ее гражданин — по отдельности. Бля, всего пять минут прошло, а мне еще почти два часа между постов курсировать! И почему так время медленно тянется.