Операция «Шайтан» - Иван Цуприков Страница 42

За два часа, как здесь они расположились, никто к водоему так и не подошел.

— Смотри, – прошептал Усса и подбородком указал в сторону дороги.

По ней шел ишак и тащил за собой арбу на высоких деревянных колесах. Чуть сзади шел человек, по одежде – простой дехканин, труженик. Он шел мелким шагом, быстро переставляя ноги, и опирался на палку. Посохом ее не назовешь – так, длинная жердь, выше старика почти в полтора раза.

Навстречу ему вышли два человека, одетые, как и старик, в широких штанах и длинных рубахах, но с оружием наперевес. О чем-то начали разговаривать. Тот, что стоял слева, подошел к арбе и заглянул в нее. Потом, упершись ногой в колесо, залез в арбу и вытащил мешок. Раскрыл его, заглянул и, что-то сказав, показал старику и начал махать руками, видно требуя от деда, чтобы тот возвращался назад.

Усса быстро спустился с горы и затаился за лежавшим у дороги камнем. Файзулла вздохнул. Он понимал, что находится рядом с высокопрофессиональными военными, и поэтому переживать за то, смогут ли они сделать свою работу без ошибок, не стоит. Ошибку может допустить любой, но в процентном отношении с новичком она минимальна.

Солнце еще не поднялось в зенит, а значит, дневного времени еще остается много, и можно надеяться на то, что они справятся с задачами, которые сегодня ночью поставили перед собой.

Группа Айвана сейчас находилась на другой стороне ущелья. Те тоже должны были как можно ближе подобраться к базе Саадр ад-Дина и обстрелять ее из РПГ-16. Этот десантный гранатомет мог поражать цели с расстояния в шестьсот – восемьсот метров, а значит, они не дадут возможности моджахедам опознать своего противника. И тот бой должен завязаться в обязательном порядке, как и перестрелка. И Матас обязан заставить саадровцев пойти в атаку, чтобы, отступая, оставить в нескольких местах много следов крови (несколько пакетов с ней он для этого взял) и тот самый кинжал Торака.

Если все совпадет, то банды начнут воевать друг с другом. Эту идею предложил сам Айван, его поддержали Смит, Усса и другие, а Файзулла для приличия ждал, когда наемники его уговорят так поступить. И в итоге он согласился.

Даже имя этой операции придумал не он, а Смит, назвав её «Коброй».

«Ну что ж, – подумал про себя Файзулла-Фёдор, – прав был мой тёзка, что перед отрядом ставится задача сталкивать между собой разные группы моджахедов. Но зачем все-таки наемники должны знать русский язык и говорить на нем в кишлаках? Зачем, ведь у них нет даже советского обмундирования?..»

Шум падающей сверху каменной глыбы отвлек всех. Она, ударяясь о скальные выступы, сносила торчащие из них разной толщины выступы каменных плит разных оттенков, из которых была сложена эта горная твердь. Заинтересовало падение камня и душманов, находившихся в «зеленке». Моджахедов оказалось трое, и Усса со Смитом их тут же убрали выстрелами из винтовок с глушителями.

Быстро нашли и место, где жили «духи». Это был корпус старого автобуса, стоявший у подножия горы и «закрытый» от дороги плотно растущими деревьями. Его окна были занавешены старыми кошмами. Жили моджахеды очень бедно. Кроме драных халатов, каких-то неопределимых лохмотьев и нескольких ящиков с патронами ничего в автобусе не нашли. А в том мешке, который душманы забрали у крестьянина на арбе, оказался неочищенный рис…