Сельский стражник - Роман Путилов Страница 7

К Ирине меня по-прежнему не пускали, и, что настораживало больше всего, не просили ни лекарств, ни денег, уверяя, что в больнице есть все, хотя родственники остальных больных тащили в медицинское учреждение полные сумки, набитые самыми разными медикаментами, от таблеток, до бинтов и ваты.

Честно говоря, ломать голову над этой загадкой я не стал, просто сунув лечащему врачу в карман халата купюру в сто долларов и забыл о вопросе снабжения больницы, как о страшном сне. Машину я забрал со штрафной стоянки достаточно просто, написав на бланке дорожного РОВД требование о ее изъятии для проведении следственных действий. Попытки работников стоянки дозвониться до дознавателя ГАИ, который и помещал моего «Ниссана» в этот отстойник, не увенчалась успехом, так как пришел я за машиной исключительно в субботу, а сотовая связь пока не пришла в наш благословенный Город. Окинув меня тоскливым взглядом, понимая, что никаких денег за освобождения стального коня с меня не вытребовать, сотрудники автомобильной тюрьмы распахнули передо мной решетчатые ворота.

Утро понедельника я посвятил своему вооружению. Понимая, что в сельской местности тяжело жить без нагана, я с утра поехал в родной Дорожный РОВД и размахивая копией приказа о моем откомандировании, потребовал выдачи табельного оружия. За время моего вынужденного прогула пистолет, дожидавшийся меня в сейфе начальника отдела материально-технического снабжения, успел покрыться ржавыми «рыжиками», что отняло у меня еще пару часов времени. В отделе сидели новые люди и новые начальники, которых я был никем, поэтому поручавшись с знакомыми, я покинул бывший родной РОВД, напутствуемый дежурным по отделу, что оружие я обязан немедленно сдать в дежурку Городского Сельского отдела. Естественно, никуда своего «Макарова» я сдавать не собирался. Если согласно рапорта мне его выдали на время командировки на постоянное ношение, то какого… я должен его куда-то отдавать?

До поселка Клубничного я доехал в течении часа, где два часа катался по поселкам и прочим дачным участкам, пытаясь запомнить свою подведомственную территорию. В «опорник» заезжать я не стал, так как знал, что добром это не кончится, поэтому просто покатался, после чего поехал домой, где меня заждались скучающие псы.

— У пациентки Кросовской все без изменений, температура тридцать семь и один. — дежурная медсестра, даже не глядя на меня, захлопнула небольшое окошечко, но я был рад даже этой информации — в семь утра мне могли вообще ничего не сказать.

Я спустился к машине и принялся переодеваться в милицейскую форму. Можно было, конечно, поиграть в игру «Выдайте мне форму», вот только зачем? Испорчу отношение с новым начальством, которое не любит лишних проблем, возможно даже выбью с ХОЗУ какой-то комплект одежды, который мне, в принципе, не нужен, ибо среди кучи рубашек и кителей есть экземпляры еще с бирками, что я ни разу не надевал. Не стоят эти хлопоты затраченных усилий.

Застегнув галстук на резинке, я наклонился к боковому зеркалу «Ниссана» — вроде бы все нормально, ничего не точит и не топорщиться, и даже с раннего утра успел побриться. Осталось только мягко вписаться в коллектив, заняв место среди серых «середнячков» и отсидеть в такой позиции шесть месяцев, после чего попытаться отказаться от такого счастья, как служба на свежем воздухе, в экологически чистом районе, так как к сельской жизни я склонности не имею.