Бухта Севастополя - Александр Тамоников Страница 93

Главком медленно кивнул:

— И потом все время, что мы тут спасали людей, Боргезе был у нас под носом.

Богданов согласился:

— Да. И даже особо не скрывался. Рябов сразу заметил, что новый врач не тот, за кого себя выдает, времени тщательно проверять его документы у нас не было. Он вел слишком положительный образ жизни, работал на совесть, к тому же хирург он действительно неплохой. Странность речи, в самом деле, легко было списать на контузию.

— Но? Как вы его заподозрили?

— Все дело в швах. Обычных хирургических швах. Наши так не шьют. А вот англичане шьют.

— Боргезе учился в Мэйбл-квот. — Пахоменко тоже прочитал досье князя. — Хорошим был бы человеком, если бы не был такой сволочью. Герой, военный ныряльщик, князь по крови да еще и военный хирург. Я читал, что во время войны он действительно спас много жизней.

— На тот свет отправил не меньше. Надо признать, что я сглупил. Моя ошибка в том, что я не сразу услышал Рябова, но Гена вцепился в нашего князя, как бульдог. Вы знаете его обаяние. Никто не может устоять. Виктор был этому только рад. Он ведь был уверен, что таким образом отводит от себя подозрение.

— Почему Боргезе выбрал именно госпиталь? А, понял. Он идеально спрятался, прямо у нас под носом. И где еще можно так удобно, с комфортом разместить своих диверсантов? В самом центре города. Рядом с местом трагедии.

— Похоже, что у него были очень хорошие осведомители, мы их найдем. Далеко не уйдут. Настоящий Брегидзе Виктор Гургенович в самом деле должен был приехать работать в Севастополь. Его нашли на его собственной даче в Солнцеве.

— Убит?

— Убит. Все это время тело пролежало на даче. С трудом опознали. Родни у него не было, поэтому никто не хватился, а коллеги знали, что он планировал лететь в Севастополь.

— За его убийство должны ответить.

— Да, — просто сказал Богданов, потому что больше слов у него не было. — Скорее всего, это были наемники. Боргезе работал просто. Он не вербовал, а нанимал людей. Но вот где он их находил и как, это уже отдельная история, которая сейчас расследуется.

— Сестра Боргезе с самого начала шпионила?

— Дарья, она же Татьяна Кармолина, — спящий агент. Больше пока про нее не могу сказать, ее работа еще… расследуется.

Вячеслав немного замялся. Если говорить начистоту, работа Татьяны-Дарьи была странноватой. Непрофессиональной, но, с другой стороны, своей цели она достигла. Все остальное, что было связанно с Кармолиной, оставалось одним большим черным пятном.

— Понятно. Пока что вы просто не знаете, где она еще навредила и какую информацию передавала, — спокойно сказал Пахоменко. И не поспоришь.

Богданов не выдержал и рассмеялся. В проницательности вице-адмиралу не откажешь.

— Как ты узнал обо всем? — задал очередной вопрос Пахоменко. — Я не поверю в то, что дело было в обычном везении и в том, что вы просто наблюдали за караулкой.

Богданов покачал головой:

— Нет. Нам повезло. В самом начале расследования, когда князь пошел за мной, чтобы проследить, с кем я буду, он уронил кое-что. А я подобрал. Правда, пришлось изрядно потрудиться, чтобы разобрать записи князя. Все тот же маленький блокнотик. Только писал он на латыни. Расшифровали. Плюс до вас наверняка уже тоже доходила информация о том, что в госпитале творятся какие-то не сильно хорошие дела, убивают матросов, раздаются крики из подвалов. В конце концов у матроса Большакова сдали нервы, и Боргезе при мне спровоцировал его самоубийство.