Детектив с небес - Ли Тонвон Страница 103

— Но кофе и Иисус не были непреодолимой преградой в моей любви к ней. Казалось, ничто не помешает нашему счастью. Однако сейчас мы не можем встретиться.

Пастор отыскал глазами Бору. Было непонятно, что у него на уме.

«Неужто он сейчас объявит во всеуслышание, мол, вон там сидит сестра убийцы? Неужели таким образом хочет отомстить?» – Сердце Боры гулко стучало.

— Мою любимую девушку убили.

После этих слов зал погрузился в тишину. Даже оператор, похоже, на миг опешил, и изображение пастора на экране расплылось.

— Кто убил…

Все взгляды впились в пастора. Лицо Боры горело огнем. В ушах отдавались удары сердца. Все ее естество напоминало бомбу замедленного действия, взрыв которой произойдет в тот миг, когда с губ пастора слетит имя убийцы.

— …неважно…

У Боры вырвался вздох. Казалась вся кровь, прилившая прежде к голове, разом отхлынула от лица.

— Ведь рассказ не о преступнике, а обо мне.

Оператор пришел в себя, и изображение сфокусировалось.

— Возможно, среди присутствующих тоже есть кто-то, потерявший близких или друзей в результате несчастного случая.

Сон Йохан посмотрел на пастора из зала.

— Во время вскрытия приходится рассекать грудную клетку. В прошлом я судмедэксперт, и мне прекрасно знакомы ощущения при рассечении тканей груди, – проговорил пастор, положив руку на сердце. – Я чувствовал, будто моя живая плоть рвется на части. Казалось, меня самого заживо уложили на секционный стол. Кто-то скажет, что я слишком сгустил краски, но для меня это до сих пор самое точное описание. Тогда я представлял собою живой труп.

Ю Чинсин ушел в запой. И одновременно, пытаясь заглушить сердечную боль, с головой погрузился в работу, ночуя прямо в лаборатории на раскладушке. Как-то ночью ему приснилась Хаён: они вместе занимались вскрытием.

— Поместив труп на секционный стол, мы приступили к делу, однако внезапно моя подруга исчезла из поля зрения. Поискав ее по сторонам, я снова посмотрел на стол. И тут – вы не поверите – моя подруга, которая вот только что стояла рядом, обернувшись холодным трупом, лежала передо мной.

Чинсин с воплем вскочил с постели. Мокрый от пота, заплетающимися ногами он устремился в лабораторию. Разумеется, там никого не было. Прямо там, на полу, он упал на колени.

— Тогда я впервые произнес то, что можно назвать молитвой: «Говорят, Ты – Бог воскресения, способный оживлять даже мертвых… Так прошу, верни мою любимую к жизни! Тогда и я поверю в Тебя!»

Пастор сделал глоток воды и продолжил рассказ:

— Не было ни мистического голоса, ни видения. В лаборатории царила ужасающая тишина. Я разразился сумасшедшим хохотом. Думал, все кончено. Подруга мертва, и больше нам не встретиться.

Ли Сэрок с тревогой посмотрела на пастора.

— Когда я выпускался из Академии, один из бывших выпускников тоже пришел с поздравительной речью. Он тогда сказал: «Дьявол подстрекает человека». И это действительно так. Дьявол нашептывал мне, дескать, умри и ты. Только сначала убей того, кто отнял жизнь у твоей подруги.

Бора закусила губы.

— Я придумал план убийства. Не буду вас посвящать в него. Вдруг среди вас найдутся желающие избавиться от кого-то. Не могу же я толкать вас на такое, – с улыбкой проговорил Чинсин.

Это прозвучало как шутка, и напряженная атмосфера в зале немного разрядилась. Только у Боры во рту пересохло.