Норка для Норы - Татьяна Нильсен Страница 104

Старик тягостно вздохнул. Рафик не знал, что ответить на эти слова, он молчал несколько минут. За прошедший вечер ему стал неожиданно близок этот пожилой седой мужчина. И уже выйдя на крыльцо полицейский ответил:

— Скажу честно, мне нечего вам сказать. Но я приложу все усилия, чтобы найти Анастасию. Как только появятся новости, сразу позвоню, – он поймал себя на мысли, что отвечает старику так же, как и местный участковый и чтобы хоть как-то убедить его в своей искренности продолжил. – Я дом задумал в вашей деревне купить. Поможете?

Евлампьев расплылся в улыбке:

— Ещё как помогу. Вот сегодня же справки наведу, кто, где и за сколько продаёт.

Прежде чем выехать на дорогу, ведущую в Питер, полицейский, поплутав по деревне, нашёл местный участок. За столом сидел толстый участковый в засаленной форме. Он явно страдал с похмелья, вытирал обильный пот со лба и шеи, неистово жевал «Дирол» и держал в руках холодную, запотевшую, пластиковую бутылку с минеральной водой. Рафик показал удостоверение и расспросил, как продвигаются поиски пропавшей дочери Евлампьева. Но как собственно и предполагал питерский сыщик, ничего нового, интересного узнать от представителя местной власти не удалось. Однако участковый оказался мужиком толковым и порядочным – заявление Евлампьева не прятал, под сукно не засовывал, а принял в производство. Все необходимые и возможные действия произвёл. Позвонил в полицейское отделение по месту прописки, просил навести справки. Даже сам с оказией на квартиру наведывался. Поиски пока никаких результатов не дали. Но если господин из Питерского управления хочет знать его мнение, то он ответит, что девушка, по его сведениям с криминальными структурами не связана, большого богатства не имеет и даже квартиру при покупке оформила на отца, о чём, кстати, его самого в известность не поставила. Так что про выкуп речи не идёт. И дикие риэлторы из-за жилплощади с ней валандаться не будут. Морги и больницы он обзванивал дважды, даже несколько раз был приглашён на смотрины неопознанных трупов, но всё мимо. Самое простое и естественное объяснение происходящего это то, что Анастасия не замужем и может увлечься и уехать с возлюбленным на край света – это раз. Она переводчица и может сопровождать сумасшедших туристов, например, на Валаам или в Карелию, да куда угодно, где со связью проблемы – это два. И три – это то, что ещё тепло, если к холодам Анастасия Алексеевна не вернётся, чтобы одеться теплее, вот тогда надо бить тревогу. А сейчас чего зря воздух сотрясать, вернётся, никуда не денется. Рафик пораскинул мозгами и как-то даже согласился с доводами участкового, сердечно поблагодарил, пожелал успехов в труде, крепкого здоровья и отправился в родной город на Неве.

В Управлении совещались недолго. Петренко отправился снова в аэропорт, ещё раз просматривать видео с камер наблюдения. В свете последней информации, теперь надо искать блондинку. А Шапошников оформил необходимые документы, и они с Рафиком поехали на квартиру к Анастасии Евлампьевой. По дороге заглянули в местное жилищно-коммунальное хозяйство за слесарем и прихватили участкового. Слесарь вскрыл дверь аккуратно, чтобы не получить нагоняй от хозяйки. Как и предполагали полицейские, внутри никого не было. Квартиру Евлампьева приобрела действительно отличную, хоть и однокомнатную, но на такой площади можно расположить несколько комфортнфх зон. Что, собственно и сделала с большим вкусом хозяйка. Она поделила пространство при помощи нарядных, бамбуковых ширм, ещё перегородкой послужили диван и барная стойка. При помощи нехитрых манипуляций появилась спальня, зона для отдыха и кухня. Везде царил беспорядок, казалось, женщина в спешке покидала квартиру. На незаправленной кровати высились подушки со скомканным одеялом, на полу валялись газеты, банное полотенце и халат. На пыльном журнальном столике лежала распечатанная пачка сигарет с ментолом и кофейная чашка, с затвердевшей гущей. На подоконниках засохли без воды фиалки, герань и традесканции. Полицейские и сами не знали, что хотели здесь увидеть. Выяснили лишь одно – женщина довольно давно и спешно покинула квартиру. По всей видимости, она взяла с собой немного летних вещей. Зимняя одежда, осенние плащи, сапоги, тёплые свитера, шарфы, перчатки аккуратными рядами возвышались в небольшой гардеробной. Шкафы оказались единственным местом, где царил относительный порядок. На стенах висели картины и фотографии, возле которых и остановились мужчины. Со снимков улыбалась симпатичная, молодая женщина, блондинка со стрижкой каре и зелёными глазами. Это и была Анастасия Евлампьева – такие же фотографии показывал Рафику отец женщины. Шапошникову показалось это лицо смутно знакомым, но когда он приказал своей памяти поскрести по сусекам, его отвлёк голос Рафика. На полочке в ванной он обнаружил две зубные щётки.