Без суда и совести - Татьяна Устинова,Павел Астахов Страница 104

Петров запнулся.

— Ты хотел сказать «овощ»? Нет, судя по тому, как он ловко тебя подкузьмил, он совсем не овощ. А то, что ограничен в движениях, так это сущая малость. При наличии денег и тьюторов его вполне можно привезти сюда.

— Сюда? – Василий Васильевич не верил собственным ушам.

— А почему нет? Теплый морской воздух еще ни одному ребенку не оказался вреден. Но это, конечно, вопрос не ближайшего будущего. Пока нужно расположить Ирину и мальчика к тебе. К нам. Как его зовут?

— Фе-Федя…

— Значит, я поеду в Россию, встречусь с Ириной, поговорю с ней обо всем. И мы вместе решим, что нам дальше делать. Если я правильно понимаю, мальчишка талантлив. И это надо использовать, дав ему шанс на нормальную жизнь.

— Ему уже и без меня дали этот шанс, – буркнул Петров. – Такие таланты не оставляют валяться под ногами. Крупнейший разработчик систем искусственного интеллекта взял его к себе в подмастерья.

Он подошел к жене, стоящей у балюстрады, заключил ее в объятия, уткнулся носом в волосы, вдыхая такой знакомый, родной запах.

— Маришка, прости меня. Я был глуп и эгоистичен. Я был уверен, что ты ни о чем не догадываешься, потому что иначе ни за что не причинил бы тебе боль.

— Да ладно, Петров. – Марина вдруг снова усмехнулась. – Ты никогда особо не гулял от меня. Поверь, я это ценю. А то, что ты тоже оказался не без греха, так это неважно. Со всеми случается.

— У меня не было ни одного серьезного романа на стороне, кроме Ирины. Я просто тогда увлекся.

— Я знаю, – сказала Марина.

Повернулась к нему, взяв в ладони лицо.

— Я все про тебя знаю, Петров. Даже то, о чем ты сам не подозреваешь.

— Я тогда думал, что избавляюсь от проблемы. От потенциальной угрозы, – покаялся он. – А на самом деле просто сбежал. Я даже не попытался узнать, кого она родила. Слышал, что мальчика, но не проверил. И это угнетает меня сейчас больше всего остального. У меня вырос третий сын. Умный, талантливый, несчастный. Он взломал систему, которую считали неуязвимой. Не для денег. Не из мести, как я думал. Ты права, он хотел, чтобы я его увидел.

— Значит, он не преступник. Кстати, ты должен сделать так, чтобы его не наказали.

— Я забрал свое заявление. Уголовное дело закрыто. Следователи оказались не звери. Поняли, что он не со зла. Не станут ломать жизнь человеку, которого и так достаточно наказала судьба.

— Судьба?

— Я! Я наказал.

— Хорошо, что ты это понимаешь. – Марина вернулась в свое кресло, начала собирать с пола разлетевшуюся мозаику. – Теперь ты знаешь, что у тебя есть сын, который вопиет: «Папа, посмотри на меня». И мы должны ему помочь.

— Ты удивительная женщина, – тихо сказал Василий Васильевич. – Я счастлив, что когда-то давно ты выбрала меня. Я никогда тебя ни на кого не променяю. А что касается Феди… Я готов ему помогать, но боюсь, что уже слишком поздно.

— Не бывает ничего поздно, – решительно заявила Марина. – Мы сможем сделать это вдвоем. Я поеду на встречу вместо тебя. И не как жена того самого Петрова, который бросил беременную любовницу. А как человек, который готов поддерживать Ирину, Федю и тебя. Ты знаешь, Вася, я достаточно давно живу, чтобы понять одну простую вещь.

— Какую?

— Семья – это не только те, кого мы выбрали в самом начале жизни. Иногда это те, кто находит нас позже. И помогать семье наш святой долг. Твой и мой. А теперь иди, договорись о том, чтобы Ирина со мной встретилась. А я забронирую билет на самолет.