Костяной шар - Елена Леонова Страница 105

Мирон поднял опущенную плитку. С тем же неприятным скрежетом статуя воина отъехала обратно, где находилась ранее.

— Потрясающе, — не сдержался писатель, — механизм просто удивительный!

Краевед опустил плитку с иероглифом «мудрый».

Не зная, чего ожидать, Филипп вздрогнул, когда послышался громкий звук удара железа о камень. Все обернулись в сторону, откуда пришёл звук. Определив место, писатель подбежал к дальней статуе, стоявшей в начале полукруга в конце зала.

— Меч упал, — крикнул он, разглядывая клинок, лежавший теперь у ног терракотового воина.

— Ничего себе! — подошла Яна.

— Похоже, у фигуры разжались руки, — сам не поверив в сказанное, сообщил Смирнов. Он ещё раз изучил статую, заметив то, на что никто не обратил внимание ранее: руки воина не составляли монолит с туловищем. Они были прикреплены отдельно. Виднелись еле различимые бороздки между надплечьем и областью плеча.

— Но как? Как такое возможно?

— Механизм, — крикнул Мирон. — Скорее всего, мы ошиблись. Он работает не только на рельсы, а в нём ещё есть какая-то система, которая разжимает руки статуй.

— Вот это да! — продолжала удивляться Яна.

— Получается, как только все мечи упадут, мы сможем пройти дальше, — предположил Филипп.

— При условии, что правильно выберем плитки.

— Нет, похоже, мы уже на правильном пути. Мирон, давай дальше! — писатель остался стоять с разоружённым воином.

Краевед опустил вторую плитку с иероглифом «император», и в следующий миг упал ещё один меч.

— Статуи идут ровно одна за одной, по кругу! — сказал Филипп, глядя на ещё одного терракотового воина без оружия рядом.

Мирон ритмично начал опускать оставшиеся плитки, и каждый раз в ответ на его действия слышался гул падающих мечей, а как только последний клинок лязгнул о каменный пол, из стены за монументом посыпались камни и песок. Небольшой её кусок с грохотом углубился.

Глава 33. Китай. Внутренняя Монголия. Вторник. 21.40

За несколько последних лет, что Филипп сталкивался с необъяснимыми, а порой и фантастическими событиями, он перестал удивляться, насколько современный мир отрезан от прошлого. Казалось бы: история человечества детально изучена и задокументирована, но так ли это? Или мы имеем в нашем распоряжении лишь сухие факты и хронологию событий, тогда как глубины веков хранят куда больше открытий, а возможно, и древних технологий, о которых ещё предстоит узнать?

Ощущая азарт перед новой загадкой, писатель первым добрался до стены за монументом. Небольшая её часть, соизмеримая с дверным проёмом, была вдавлена в основной массив, но, несмотря на факелы, освещающие пространство, вокруг царил полумрак. Фонарь на голове добавил яркости, и Смирнов разглядел открывшийся небольшой квадратный лаз в полу и ступени, ведущие вниз.

— Стена отъехала, и появился очередной проход, — констатировал очевидное Мирон, подошедший к писателю.

— Да. И он ведёт ещё глубже под землю.

— Боже ты мой! — воскликнула Яна. — Куда уж глубже! Мы и так сначала спустились под ступу, а потом ещё ниже! Этот проход ведёт… даже не могу уже представить куда!

— Ну, так или иначе, но нам надо туда спуститься, — Филипп оглядел присутствующих.

Аля кивнула.

— Такая глубина говорит о наличии там захоронения, — краевед поморщился, держась за травмированное плечо. — Монголы хоронили своих вождей на глубине двадцати метров, дабы никто не смог добраться до гробницы.