Последняя жертва озера грешников - Марина Болдова Страница 106

Вот и бабушка Сокольского, когда тот рассказывал о Вере и детях, вдруг задумчиво произнесла странную фразу: «Внук, ты созрел для серьезных отношений, что бы ты там себе не думал». Григорий при этом даже не смутился, только Юля поймала на себе его внимательный взгляд, но тут же отвернулась.

Почему-то Юля всегда нравилась родственникам своих знакомых парней. Причин не видела, потому что считала себя если не самой обыкновенной, то уж и не самой интересной для старшего поколения. Но факт оставался фактом — родители часто зазывали ее в гости.

Она тепло попрощалась с Идой Ефимовной, пообещав ей не забывать «старушку», тем более, что живет Юля совсем рядом.

И все-таки, она побаивалась впускать Сокольского совсем уж в личное — свою комнату. Но отступать было поздно, да и некрасиво было бы вдруг отправить его восвояси. Недовольная собой, точнее, проявленной слабостью, Юля молча шагала рядом с ним в сторону своего дома.

Через пять минут они были уже в квартире Морозовых. Предупредив, что после ночного дежурства в соседней комнате спит мама, Юля подтолкнула Сокольского к дверям своей спальни. Дверь за ними закрыла плотно, говорить велела тихо, стулом не скрипеть и без ее разрешения ничего в комнате не трогать. После таких негостеприимных распоряжений, как она подумала, любой парень встал бы и ушел, но Григорий уселся на кровать, поправил на носу очки и замер. Юля, вздохнув, открыла ноутбук.

Телефон Ляны Фандо находился по адресу ее новой квартиры на Набережной, двадцать три. Выходит, никуда не пропадал, никто его не забирал, а лежит он где-то в сумках и коробках. В состоянии Ляны, в котором та пребывала после трагических событий, немудрено было засунуть его машинально куда попало и забыть.

Юля хотела было сообщить Сотнику, уже взяла мобильный, но телефон ожил сам.

— Слушаю, Михаил Юрьевич. Я нашла телефон, он в новой ее квартире… как пропала?! Опять?! Да, я поняла, черный «Хаммер». Охватить всю область? Да, хорошо. Я позвоню.

— Что случилось? — услышала она шепот.

— Гриша, мне нужно… работать. Ты не мог бы…

— Уйти?

— Да, — вздохнула она, не отрываясь от экрана. — Я не могу тебе рассказать, что произошло, прости.

— Я тихо посижу в телефоне, подожду, когда закончишь, — попросил Сокольский. — А потом прослушаем запись.

— Хорошо, сиди, — вновь вздохнула Юля.

О госте она забыла, как только открыла базу. «Хаммеров» в области было зарегистрировано шестьдесят восемь, и только один — желтого канареечного цвета. Четырнадцать белых, остальные — черные. Все автомобили были выпущены ранее две тысячи десятого года. Сотник попросил снимки водительских прав владельцев, на них есть фото, а это значит, описание внешности похитителя Ляны Фандо у него имеется. «Позвонить, спросить приметы? Или хотя бы возраст? Я отсеяла бы сразу половину владельцев. Позвоню!» — решила Юля.

— Михаил Юрьевич, пятьдесят три черных «Хаммера». Как выглядит похититель? Давайте, я сама уберу лишних, так быстрее будет. Так, поняла. А возраст? До сорока. Ясно! Позвоню, — Юля, не глядя, кинула мобильный на стол.

Она вглядывалась в лица, в основном, молодые. Понимала, что фото, хотя и цветные, точные оттенки передать не могут. Она не заметила, что говорит вслух. Эта ее привычка повторять то, что читает на экране, помогала сосредоточиться и не отвлекаться на посторонние шумы. «Раскидав» на две группы снимки, Юля зачитала полученный список из тридцати пяти фамилий.