Десерт из тайн для Скорпиона - Соль Решетникоф Страница 109

Франческа в ужасе прикрыла ладонью рот. Почувствовав его дыхание совсем рядом, она ощутила острие ножа в правом боку, но постаралась сохранять спокойствие:

— Когда я отправила ее к тебе, не знала, что ты убил мужа и сына Грации. Но у меня все равно не было другого выхода. Здесь ей угрожала опасность.

— Тихо! – Острие проткнуло ткань рясы и уперлось в кожу.

— Что ты хочешь?

— Поедешь со мной. Покажешь, где Наоми! – Прошипел Пьетро, оглядываясь на дверь.

— Послушай, Пьетро. Тогда, в пожаре много лет назад из двух девочек выжила только одна. Даниэла. Ты же сам видел ее своими глазами. Ту, другую мы похоронили на кладбище. Можем съездить туда. Я покажу.

— Что ты несешь? Тот, кто заказал девчонку, хорошо осведомлен. Знает, что говорит.

— Побойся Бога, Пьетро!

— Если пикнешь, я убью ту, вторую.

Гекати до боли сжал локоть Франчески, грубо потащил ее к фургону. Монахиня путалась в своем одеянии, чуть не падая. Пьетро открыл дверцу, бросил пленницу на соседнее с водительским сиденье, привязал ее за руку к поручню. Торопливо сел рядом.

— Скажи, кто этот заказчик? – Мысли в голове Франчески путались. Догадка скользила, но монахиня никак не могла за нее уцепится.

— Молчи!

— Ты убьешь девушку просто потому, что она кому-то мешает? Это по-христиански? Ты же сам отец!

— Заткнись! Мне нужны деньги.

— Позволь мне поговорить с Бенито.

— Заткнись! Твой Бог хочет забрать у меня самое ценное. Значит, я обойдусь без его помощи. Где ты спрятала Наоми?

— Господи, помоги Пьетро одуматься! – Франческа в панике подняла голову вверх.

— Значит, так. – Было видно, что ему трудно справиться с гневом, но он покрутил шеей и, сдерживая себя, произнес – В Филодоро найдем Даниэлу. Она приведет нас к своей подружке. Как выполню заказ, отпущу. Если пикнешь, убью!

— Нет, Пьетро, все не так. Позволь мне поговорить с Бенито!

Франческа пыталась освободить руку, вырваться из плена, но Пьетро схватил женщину за шею, ударил головой о приборную панель и неистово закричал:

— Заткнись! Заткнись! Заткнись!

Франческа почувствовала звон в голове, зажмурилась от боли. Но начала молиться:

— Господи, помилуй нас, грешников! Помоги нам найти путь к тебе. Прости нас за ложь, за тайны. Господи, разве не ты послал в приют Бенито, когда он ехал поговорить с Антонио Гримальди, предупредить об убийстве? Разве уже тогда не было твоего замысла в том, чтобы спасти невинное создание, брошенное матерью?

Она с надеждой смотрела на Пьетро, замечая, как на дрогнувшем лице сражались добро и зло.

— Отец наш небесный, ты же все видел. Я воспитывала детей, как своих. Господи, я молилась за них, когда они болели, кормила из соски. А пожар? Господи! Ты забрал одну из девочек, чтобы жила другая. Ты ведь заставил поверить, что это так, даже Грацию. А письма некоего Энио? Господи, я считала, что в них не было ничего плохого, что они помогут верить. Ты теперь ты не можешь забрать ее у меня. Вразуми сына твоего, Пьетро.

Пьетро часто убивал. Но чем больше слушал сейчас слова монахини, тем сильнее его охватывал ужас. Было во всей этой истории что-то странное.

Проехав еще несколько метров, он остановил машину на обочине. Выключил двигатель. Помедлив, вышел из фургона, гневно хлопнув дверцей. Плюхнулся на траву. Обнял голову и запричитал: