След на болоте - Андрей Посняков Страница 109

— Значит, можно разобрать, пропесочить!

— Ой, девочки, — вскинула голову Вера. — А давайте без этого! Ну без собрания. А то как-то… Он извинился же! Кажется, искренне… Да и вообще — без родителей рос… с теткой… жалко ведь…

— Ох, добрая ты, Вера! — Вскочив на ноги, Маринка уперла руки в бока. — Значит, так! Еще раз пристанет — сразу зови нас. А уж мы-то ему не спустим! Правда, Женя?

— Ага. В реку выкинем на раз — пускай охолонится, Дон Жуан чертов!

— Марин… А к тебе он как? — понизив голос, поинтересовалась Женя.

— А ее он боится! — вдруг расхохоталась Вера. — Ну побаивается… видно же! Мариночка ведь у нас комсорг, и вообще, девушка боевая! Да, а мужика того, что мог наши лодки проткнуть, вы с Кнышем заметили?

— Костик еще был… Ну мы ж втроем рыбу ловили. А первым Коля заметил, да! Рукой показал в заросли… вон, говорит, мужик какой-то… Ну Костик его лучше рассмотрел, а я как-то не очень…

— Как подумаешь, что он где-то здесь бродит… — зябко поежилась Маринка. — Ну, этот, браконьер…

— Да давно он уже смылся, только и его видели! Испугался. Нас-то много, а он-то один. Ну навредил, как смог, — это да… — хмыкнула Женька.

* * *

Про новенькую десятирублевую купюру Щекалиха не раскололась.

— Ну, может, и не с аванса… Может, кто принес… Да не помню я! Вот еще, всякую ерунду помнить!

— И что же, Таня, к тебе много народу ходит? И все с деньгами? — прищурил глаза участковый.

— А я многим нравлюсь! — выкрикнув, Татьяна вдруг насторожилась, бросив на милиционеров ненавидящий взгляд. — Э-э, Дорожкин! Ты на что это намекаешь?

— Да ни на что я не намекаю!

— Нет, намекаешь! Так вот: даю я не всем и не за деньги!

— Эй, эй, Татьяна! Уймись! — выступил вперед Мезенцев. — Мы же просто спрашиваем.

Гражданка Щекалова в дом милиционеров не приглашала, разговаривали, как и в прошлый раз, на улице, у крыльца…

— А доски-то на ступеньках кто заменил? — как бы между прочим поинтересовался Дорожкин.

— А кто надо — тот и заменил! — снова взвилась Танька. — Что, я на личную жизнь правов не имею?

— Имеешь, имеешь… Тот же, что и червонец дал? Новенькая такая купюра. Красненькая…

— Да далась вам эта красненькая! Ну честно — не помню…

А ведь Танька в чем-то права, подумал про себя Мезенцев. Могла и забыть — ведь мелочь же! Да и вовсе не факт, что купюра — с того ограбления… Не факт! Но проверить надо.

— Давай, Татьяна, вспоминай, кто к тебе приходил… ну, начиная с мая… — мягко улыбнулся Максим.

Дорожкин покусал губы и добавил:

— Не скажешь, так мы соседей спросим. Тебе оно надо?

— Ага, соседей! Они соврут — недорого возьмут. А то вы не знаете!

— Ну, тогда, Татьяна, сама. Женщина ты видная… и не дура.

— Ой, подлизываешься, Максимушка! Ладно… Может, чего и вспомню… — усевшись на скамеечку у забора, Щекалиха вытащила из кармана висевшей на заборе куртки горсть семечек и протянула Максиму. — Хочешь?

— Не откажусь.

— А тебе, Дорожкин, не дам. Злой ты нынче!

— Ага. Зато ты — добрая.

— Ла-адно. — Выплюнув шелуху, Татьяна потянулась и, перехватив невольный взгляд Макса, довольно заулыбалась.

— Кто приходил, спрашиваете? Ну про Вальку вы знаете… Дебелый еще заходил, было дело… Юрик Нос, Ванька Кущак…

— Весь бомонд! — не сдержавшись, саркастически хохотнул участковый. — Ладно, ладно, Таня, — не перебиваю.