Мельница ангелов - Андреас Грубер Страница 109

— Я не удивлен. Поэтому вы и поставили группу наблюдения за Линдой?

— Возможно, Мадлен появится у нее.

— Вряд ли, они ненавидят друг друга.

Гарек прищурился.

— А тебе не приходило в голову, что их ненависть — это просто притворство?

Хогарт ахнул:

— Ты с ума сошел.

— Я просто делаю свою работу. — Гарек посмотрел на часы. — Мне пора.

— Я провожу тебя до машины. — Хогарт пошел за ним к западным воротам.

— Чего ты от меня хочешь? — Гарек раздраженно потянул за галстук, который он наверняка надел только из-за эксгумации. — Я все время думаю, почему ты ошиваешься здесь, как побитый пес.

Хогарт рассказал о повестке в суд за сообщение ложных сведений о себе, за воспрепятствование текущему расследованию и за присвоение улик с места преступления — что могло даже привести к обвинению в соучастии, в зависимости от того, как это оценит судья.

— С этим ничего не поделаешь. Я тебя предупреждал. — Гарек убрал галстук во внутренний карман пиджака. — Хог, как только ты появишься в суде, старая Браунсторфер тебя прижмет так, что мало не покажется. И тогда тебе понадобится адвокат получше, чем этот Флизеншух.

— Если только Айхингер не снимет обвинение.

Гарек рассмеялся.

— Забудь. Скорее ад замерзнет. Он только и ждет, чтобы наконец тебе насолить.

Некоторое время они шли молча рядом.

— Зачем Плассоник запрашивал ордер на обыск?

Гарек вытащил из кармана брюк смятый листок. На нем была от руки набросана схема проезда и адрес: Энгельсмюле, 1, Каленберг, Вена-Дёблинг.

— Копецкий и ребята из «Кобры», которые вчера ночью пытались арестовать Мадлен, больше часа блуждали по лесу, прежде чем нашли мельницу. Эта паршивая бумажка сегодня утром лежала у меня на столе. — Гарек перевернул лист.

«Удачи, надевай походные ботинки, дружище», — было написано с обратной стороны. У коллег из «Кобры» всегда было отличное чувство юмора.

— И это все?

— В настоящий момент я ни с кем не могу связаться. Отряд «Кобра» вывозит одного чеченца из страны рейсом австрийских авиалиний, а согласно графику дежурств, у Копецкого по четвергам выходной. Он даже не берет трубку, если горит соседский дом. Я рад, что он вообще нарисовал мне этот план. — Гарек сложил бумагу.

Они подошли к винно-красному «опелю» Гарека, который с каждым днем все больше напоминал груду металлолома.

— Я знаю, где живет Мадлен, — сказал Хогарт.

— Догадываюсь, старик.

— Дорога туда такая запутанная, что ты ее ни за что не найдешь. Кроме того, я знаю, где спрятан ключ от дома.

Гарек прищурился.

— А старая Браунсторфер?

— Если криминальной полиции понадобится моя помощь во время операции, судебное заседание перенесут.

Гарек прикусил губу.

— Это не сработает.

— С Хаузером бы не вышло, но Плассоник ничего не знает о повестке. — Хогарт бросил взгляд на смятую схему в руке Гарека. — Ты потратишь минимум час-два, прежде чем вообще найдешь эту мельницу.

— А ты рискуешь головой и шеей, если не явишься в суд. — Гарек снова посмотрел на часы. — Когда у тебя заседание?

— В 13:15.

— Слушай, давай так: ты покажешь мне дорогу, а я объясню дамам в канцелярии Мэгги Браунсторфер, что твое присутствие по делу Мадлен Боман крайне необходимо. Судью и прокурора это, конечно, не впечатлит, но, возможно, мы хоть немного продвинемся в деле — и ты выиграешь время.