Доска судьбы - Наталья Николаевна Александрова Страница 11

— Разрешите, я вам помогу. Донесу сумку хотя бы до выхода.

— Правда?

— Ну да, у меня самой сумка лёгкая.

Бабуля рассыпалась в благодарностях и неожиданно бодро устремилась к выходу, лавируя среди пассажиров и постукивая своей палочкой.

Мария пропустила вперёд семью с маленьким ребёнком и потеряла старушку из виду. Она вышла из самолёта почти позже всех. Пассажиров поджидал автобус, который должен был отвезти их к зданию аэропорта. Садясь в этот автобус, Мария искала взглядом старую женщину, но не нашла, и подумала, что та уехала на предыдущем автобусе.

Приехав в здание аэровокзала, Мария снова поискала взглядом хозяйку сумки, не увидела ее и направилась с потоком пассажиров к выходу. Проходя мимо багажной карусели, она опять огляделась. У нее самой багажа не было, но, может, у старушки он имелся… Но и здесь бабульки не было.

Теперь Мария уже всерьез забеспокоилась. Куда могла подеваться эта старуха? В руках у Марии была чужая сумка – а что в ней? Она понятия не имела… А ведь предупреждают же пассажиров, чтобы не брали в свой багаж посылки от незнакомых людей, да и от знакомых тоже лучше не надо от греха, как говорится. А тут – целая сумка! Да, но Мария просто хотела помочь пожилому человеку. Недаром говорят: «Благими намерениями вымощена дорога в ад».

Уже подходя к выходу из зоны прилёта, она остановилась и снова пригляделась к потоку пассажиров. Злосчастной старушки среди них не было!

Поток редел, редел и наконец иссяк.

Мария осталась одна в пустом коридоре.

Как быть? Что делать с проклятой сумкой? Не бросать же ее здесь, в аэропорту! Ко всему прочему, у нее совсем скоро назначена важная, можно сказать, судьбоносная встреча, на которую никак нельзя опоздать, и время неумолимо утекает…

Тут Мария увидела какого-то сотрудника аэропорта в униформе и подлетела к нему.

— Извините, у меня проблема…

— Что случилось? – Мужчина в форме выглядел не слишком любезным, но в ее положении выбирать не приходилось.

— Понимаете, я помогла одной пожилой пассажирке нести ее сумку, а старушка пропала. – Мария сама расстроилась, услышав, как робко и неуверенно звучит ее голос. Но что делать, если она всегда теряется при виде сурового лица, а если это лицо еще и официальное…

— Что значит «пропала»? – нахмурился мужчина.

— Ну, я ее не могу найти. Мы вышли из самолёта, я после нее, а дамы уже нет!

— Сумка, говорите?

— Ну да. Вот, смотрите… Эта – моя, а эта – ее.

Сотрудник взглянул на Марию с явным подозрением, подошёл к какой-то двери и открыл ее, приглашая кивком Марию войти:

— Подождите здесь, я позову ответственного человека.

Мария вошла в почти пустую комнату без окон. Только металлический стол и пара стульев. Она жалобно попросила:

— Пожалуйста, недолго, я спешу, у меня встреча…

Сотрудник взглянул на нее с еще большим подозрением и даже с некоторым злорадством, а может, Марии так показалось, молча вышел и закрыл дверь за собой.

Мария поставила чужую сумку на стол, подёргала за ручку дверь и с тоской поняла, что заперта. Тогда она села на стул со своей собственной сумкой на коленях и тяжело вздохнула.

Вот ведь, не зря говорят, что ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным! Прошла бы мимо той проклятущей старухи и сейчас бы уже ехала на встречу с кинематографистами.