Вы заказывали убийство… - Станислав Гурин Страница 11

А Степанов снова улыбнулся, он очень любил свой экипаж. К столу подошел повар, старый худой негр с доброй улыбкой уставшего человека. Он по-испански приветствовал всех сидящих и обратился к Степанову:

— Дон Владимир, вашего прекрасного тунца я приготовлю на завтрак. Скажите только, к которому часу?

— Дорогой сеньор Маноло… Эту рыбу я поймал специально для твоей семьи, – сказал по-испански Степанов.

Повар улыбнулся грустно и покачал головой. Наивный человек, говорили его глаза. Но Степанов не был наивным и прекрасно понимал, что народ Кубы живет впроголодь и что если этого тунца он только подарит Маноло, то Маноло никогда его не получит. Порядки на Кубе были суровыми. Даже повара и официанты не смели прикоснуться к пище, которую готовили на кухне отеля. А уж о каких-то там подарках или презентах вроде метрового тунца…

— Эта рыба твоя, Маноло… У нас есть машина, и мы сами отвезем ее тебе домой. – Степанов повернулся к Юре. – Сразу после ужина. Понял? У шофера есть адрес.

— Я и сам дорогу помню, не беспокойтесь. Мы вместе с Иваном прокатимся, – Юра ткнул локтем бортинженера, расправлявшегося с фруктовым салатом. – Слышал? После ужина рыбу в автобус – и к старику!

— Вот так… Никаких проблем! – сказал Степанов по-испански и засмеялся.

Глаза повара повлажнели, он отвернулся и зашагал прочь.

— У него шестеро детей… – сказал Степанов. Грустные музыканты продолжали исполнять грустную мелодию. И вообще на Кубе много грусти.

— А теперь спать! Всем спать! – строгим взглядом Степанов обвел экипаж, но исполнять команду никто не спешил. Вечер только начался, и музыка не располагала ко сну.

— Может, потанцуем? – предложила Маша.

— Девочки! Слышали?! – Старшая бортпроводница первой поднялась из-за стола, ее примеру неохотно последовали Маша и Ксения.

— И правда, рано вставать, – примирительно сказала Ксения. Второй пилот Юра прихватил оставшуюся на блюде связку бананов.

— Как раз шесть! – он бросил взгляд на командира, как бы спрашивая разрешения, но тот промолчал, и он вразвалочку направился вслед за бортинженером в морозильную камеру за тунцом.

— Юра! – окликнула Ксения второго пилота, и тот задержался. – Я была груба с тобой на катере. Прости.

— Сам напросился. Зато ответ был доходчив и прост… Спасибо тебе… – Он отвернулся и пошел на кухню.

Ксения поспешила к лифту.

Все, кроме Ксении и Маши, вышли на предпоследнем этаже.

— Не проспите, девочки! – со всей строгостью предупредила Соня.

— Спокойной ночи. – Глаза Ксении и Степанова встретились, дверки лифта сомкнулись, но почти тотчас снова открылись.

Девушки вышли на ковровую дорожку длинного коридора.

— Ну и мегера ваша старшая! – выпалила Маша.

— Она на прошлой неделе пять долларов потеряла, – улыбнулась Ксения.

— А-а, тогда все понятно… Порядки у вас тут!

— Потерпи немного… В Шенноне, если повезет, вернешься в свой экипаж.

Ветер гудел, посвистывал, завывал, и казалось, весь небоскреб раскачивался под его натиском, хотя наступила обычная для этого времени года тихая тропическая ночь.

— Боже, как страшно воет здесь ветер. Я так не люблю верхние этажи! – Ксения зябко поежилась.

— Зато пляжи на океанском берегу! Ананасы!

— Какая ты зануда, Машка! – Они подошли к номеру, и Ксения открыла дверь. – Лучше спину мою посмотри!