Тайна озера самоубийц - Анна Велес Страница 110

— Я больше опасаюсь, чтобы еще и ты чего не выкинул, – признался приятель. – А так, вообще, да. Для формальности. Вообще, уже все записано.

— Где? – Он спросил почти на автомате, без настоящего интереса.

— Петр записал все на диктофон, – сообщил полицейский.

Илья только кивнул. Теперь понятно, зачем Горский держал все время телефон в руках. Он продумал даже это. Илья досадливо поморщился. Он не хотел вспоминать.

— Странно, да? – отвлек его Василий, бесцельно шатающийся по номеру. – Дело раскрыто. Только как-то на душе пакостно. Напиться тянет.

— Если можно, без меня, – официально вежливо попросил журналист.

— Я лет восемь назад завязал, – признался полицейский. – Иначе мог спиться. Но все равно противно. И жалко их почему-то. Всех.

— Амелия, – вспомнил Илья. – Теперь она оправдана. Хотя… Не думаю, что ей от этого легче.

— Думаю, совсем нет, – тяжело вздохнув, грустно признал Василий. – Да и… Пусть Анну убила не она, но остается покушение на Клару. И…

Он стал мрачным.

— И еще два убийства.

Илья знал: сколько бы полицейский ни уверял всех, что испытывает к художнице почти профессиональный интерес, на самом деле она ему нравится. Вернее, эти чувства были даже глубже, серьезнее.

— Послушай, – сев на кровать, сказал журналист. – Ты знаешь это лишь со слов Петра. Он нес какой-то бред перед смертью, нельзя на это полагаться.

— На него нельзя, – все так же угрюмо согласился Василий. – Только на диктофоне есть еще одна запись. Их разговора с Кларой. И там она рассказала все. До того, как выпила яд.

Он в очередной раз тяжело вздохнул.

— Оттого это все и противно, – признался полицейский от души. – Они все убийцы. Даже и сам Петя… Хотя он выглядел самым нормальным в этой семейке.

— Там нет нормальных, – высказался Илья.

Он с тоской посмотрел на подушку. Единственное, чего он хотел сейчас, – это лечь, закрыть глаза, заснуть. Вернее, просто отключиться от всего происходящего. Но Василий не уходил, все продолжал кружить по комнате. При этом в его кармане глухо звонил телефон. Кто-то настойчиво ждал ответа, пока полицейский разговаривал с приятелем.

— Может, что важное? – заметил журналист с надеждой. Ведь если так, Василий наконец-то уйдет.

— Да ну… – Полицейский достал аппарат, глянул на него с брезгливым презрением. – Это мой личный. И этого номера я не знаю. Он трезвонит давно.

— Конечно, – с сарказмом выдал Илья. – Ты слишком похож на человека, кому нужен кредит. Или это слишком неудачливые мошенники.

— Ну… Хоть на них сорвусь, – усмехнулся Василий, все же принял вызов и довольно агрессивно заявил: – Ничего не покупаю!

Илья наблюдал, как меняется выражение лица полицейского. Приятель напрягся, тревожно хмурился.

— Когда?.. – коротко спрашивал он. – Чем это вызвано? Что произошло?.. Насколько все плохо?..

Последний вопрос был задан с какой-то скорбной обреченностью.

— Сейчас приеду, – пообещал полицейский, отключил вызов и посмотрел на приятеля.

— Что еще? – Почему-то Илья решил, что это может его касаться.

— Амелия… – выдал Василий почти с отчаянием. – Это ее врач… Резкое ухудшение состояния. Никто ничего не понял. Мне надо туда.

— Езжай, конечно. – Журналист даже не смог расстроиться. Просто сил на это уже не осталось.

Полицейский поспешил к двери, но вдруг остановился на пороге, развернулся к приятелю с каким-то странным, почти испуганным выражением лица.