Подстава от бабули - Кристен Перрин Страница 111

В машину врывается поток ночного воздуха, я вижу перед глазами паутинку разбитого стекла. Показалось? Тут возникает Арчи и трясет меня. Я ударилась о подушку безопасности головой, дух вышибло, но от сотрясения я спасена. С заднего сиденья стонет Дженни, Берди не двигается, ее глаза закрыты.

Я тянусь к ней и проверяю дыхание. Дышит. Слава богу, заметных травм ни у кого из нас нет, но я боюсь, что у Берди есть внутренние от удара подушки безопасности. Арчи мне что-то говорит – нет, он кричит. Меня трясет, но голова проясняется.

— «Скорую»! Энни, ты слышишь? Дай телефон! Она его сбила! Господи! Пожалуйста, звони в «скорую».

Голос Дженни кажется бестелесным.

— Звоню-звоню. Но… кого? Кого сбили?

— Эрика! – Его лицо искажается. – Он шел за мной через поле, что-то кричал. Берди не могла его видеть.

Я вываливаюсь из машины. Зубы стучат, ничего не чувствую, только ужас и холод. В тот момент я понимаю, что мне плевать, пусть полиция приезжает и меня арестовывает. Кажется, люди в Касл-Нолле были правы – деньги Грейвсдаунов прокляты.

Смерть Пеони Лейн не прервала судьбу из ее гаданий. Птица вернулась, а я замкнула круг.

Глава 40

— Господи, я убила его. – Я не могу перестать бормотать. Медики окружили Эрика Фойла, выкрикивая указания, мерцают их фонарики. – Или мы убили его? Берди была за рулем, я выхватила руль. Так же, как она выхватила его у водителя много лет назад, по дороге к тому же дереву! Что это значит?

Дженни ловит мою руку. Подруга очень бледная.

— Забудь пока про гадания, Энни, – говорит она.

Мы наблюдаем, как медик осматривает Берди – она в сознании, но дезориентирована. Она правильно отвечает на вопрос «какой сегодня день?», позволяет засветить зрачки и убедиться, что сотрясения нет.

Я так напугана, что волей случая стала причиной смерти Эрика, поэтому не вижу, как подъезжает еще одна машина. Из нее вылезает Крейн и тихо что-то обсуждает с фельдшерами «скорой». Боюсь, что на этот раз меня арестуют – и теперь по заслугам. Убийство в результате ДТП, так это называется?

— Он возник из ниоткуда, клянусь. – Слова выплескиваются, как только Крейн подходит на расстояние слышимости.

Он шокирует меня, сжимая в крепких объятиях. Сама не осознаю, насколько мне это было нужно, слезы начинают щипать глаза, я глубоко дышу, утыкаясь в его мягкую кофту. Он теплый и обнимает меня, пока я не перестаю дрожать. Как только Крейн меня отпускает, возвращается его маска профессионала, и мне отчего-то еще холоднее, чем было раньше.

— Тебя не арестуют, – говорит он. – Зачем вы побежали?

— Маркс, – поясняю я, рассматривая фигуры в темноте. – Я не хотела оставлять ему все козыри. Пыталась выиграть время.

Крейн мрачно кивает.

— На тебя столько всего навалилось, понимаю, но ты импульсивно попыталась убежать, хотя угрозы-то никакой не было. Ты во всех видишь врагов.

Я сжимаю зубы, чтобы не ляпнуть ничего опрометчивого, ведь, по сути, он прав. Сейчас любые мои объяснения собственных поступков прозвучат пугающе похоже на паранойю тети Фрэнсис.

— Я думала, у тебя с Марксом напряженные отношения. Он же тебя загонял. Борьба авторитетов и все такое…

— У нас с ним недавно состоялся увлекательный разговор, – рассказывает Крейн, не смотря на меня. – Он вел себя как козел и признал это. Но я понимаю почему. Хотел давлением сделать меня лучше. Я не согласен с таким старомодным подходом, но могу его понять.