Детектив с небес - Ли Тонвон Страница 114

— Как ни крути, вы не казались тем, кто может кому-то навредить. Но сказать об этом профессору я не мог. В итоге единственное, что я смог для него добыть, так это ваша тесная дружба со следователем. И тогда профессор велел собрать информацию о нем.

Однако со следователем повторилась та же история. Его жизнь проходила по маршруту дом – полицейский участок – дом, а в свободные часы он заглядывал в «Кофе с Небес».

— Если и было между вами какое-то различие, так это то, что вместо прогулок следователь предпочитал пробежки.

Пан Урин оказался в довольно двусмысленном положении: вступительные экзамены он раз за разом проваливал, информации для профессора толком не добыл – все это заставляло его нервничать.

— Если честно, я уже даже подумывал что-нибудь сфабриковать. Хоть так доказать, что я не совсем уж бесполезное существо.

К счастью, придумывать ничего не пришлось – профессор дал задание проследить за новым объектом.

— Он сказал, что тот человек имеет отношение к вам.

— И кто же это? – спросил, нахмурившись, пастор.

— Надзиратель лечебницы при СИЗО.

Ли Сынчхиль был одним из конвоиров, сопровождавших заключенных на судебное заседание или амбулаторное лечение.

В фильмах и телесериалах тюремных надзирателей изображают жуткими типами, всячески измывающимися над заключенными, однако нынче все не так: в случае нарушения своих прав подследственные могут пожаловаться выше, и тогда надзирателю не поздоровится. Однако попадись в соседях или на работе какой-нибудь сволочной тип, любящий поиграть на нервах, – пиши пропало, изведешься весь, что уж говорить о тех, кому приходится иметь дело с преступниками. Доходило до того, что некоторые охранники обращались к психотерапевту.

— Ли Сынчхиль был помешан на скачках.

А началось все с того, что друг привел его на ипподром, убеждая, что это отличное место для снятия стресса. Он не соврал – так оно и было. Вид скачущих во весь опор лошадей, как струя свежего воздуха, заставлял взбодриться. К тому же одна поставленная десятка могла принести хоть триста тысяч вон.

— С того самого дня он зачастил на ипподром как на работу. И по всей видимости, все выигранное оставлял там подчистую.

Сначала он спустил зарплату, потом – сбережения на книжке, а под конец даже средства, отложенные на свадьбу дочери. И как точно подметил Ян Чэик, он бросил свою жизнь, словно игральные кости жребия.

Пастор примерно представлял, что случилось дальше. Если бы в кабинете МРТ было хотя бы на одного конвоира больше, то все пошло бы насмарку. Профессору для осуществления плана нужен был подельник в стенах больницы, вот он и подобрал кости под названием Ли Сынчхиль, чтобы использовать его в своих азартных играх.

— Когда я передал добытые сведения, профессор был жутко доволен. Давно я не видел у него такого радостного лица.

Пан Урин успел порадоваться тому, что он смог угодить профессору, но на этом все закончилось. Его упрятали с глаз долой в загородный дом, как толстое зимнее одеяло, которое с наступлением весны за ненадобностью убирают подальше.

— С профессором я увиделся уже после смерти Со Обона.

И хотя Пан Урин смертельно боялся разочаровать своего кумира, он все-таки обратился к нему за помощью, выложив все как на духу. На удивление, профессор нисколько не ругался и, даже напротив, утешил Урина.