След на болоте - Андрей Посняков Страница 116

— А Коля Кныш? Отпираться бесполезно, Тань!

— Так и знала — подсмотрели, суки завистливые… Коля — малолетка? Х-ха! — Щекалова вдруг рассмеялась, похоже, что вполне искренне. — Ну вы и нашли малолетку! Мужик он, мужик… Истосковавшийся! Что я, мужика не чую? И не я к нему пристала, а он… Приятно было, чего ж… Он такое умеет — тебе, Дорожкин, и во сне не приснится! Ох… Ко-оля-а… Не вам чета!

— Деньги он давал? Ну ту «красненькую», новую?

— Может, и он…

— Татьяна, не финти!

— Он! За то, что я… Ла-адно, начальнички, в краску вас вводить не буду. А только никакой он не малолетка! Мне ли не знать?

* * *

Пенкин все же отыскал характеристику Николая Кныша! Вернее, не сам он, а сыктывкарские товарищи — просто наведались в райком комсомола…

— По характеру мальчик спокойный, ровный, — взяв телефонограмму, вслух зачитал Сергей. — Хорошист, принимает участие во всех делах класса, имеет должность политинформатора. Активный пионер, звеньевой правофлангового звена…

— Хм… — Алтуфьев помотал головой. — Как-то не вяжется. Я с его бывшей классной руководительницей говорил… Так она сказала — активностью не отличался и учился так себе. А еще пару раз видели за кочегаркой — курил. Да и ребята говорят — покуривает… Это хорошист-то и образцовый пионер?

— Может, тетка еще что добавит? — Дорожкин с Мезенцевым снова к ней собрались.

— Рано! Ты вот что, Сергей… Запроси-ка из Сыктывкара фото этого Коли… Ну хотя бы с учетной комсомольской карточки… вообще, любое, какое найдут…

— Сделаю, Владимир Андреич!

— И пусть по фототелеграфу пришлют, если смогут… А я пока гляну всесоюзный розыск… Мало ли?

* * *

И-и-и-и… Все-таки чихнула! Не удержалась — пыль же!

Тот, в плаще, обернулся:

— Кто здесь?

Кныш!

Женька узнала сразу…

Узнала и перестала бояться — ведь это же Коля Кныш, хорошо знакомый и, можно сказать, товарищ, а не какой-то там непонятный мужик!

Коля между тем дернул ворота…

— Ты?! Прячешься? Следишь? — нервно и как-то неожиданно зло спросил он.

— Не прячусь я! И ни за кем не слежу — вот еще! — обиженно отозвалась Женька. — Просто пленку на кассету наматывала… вон…

— А что фоткаешь?

— Так избы же!

— Хм, избы… — Кныш снял с плеч объемистый рюкзак и присел рядом на корточки: — То-то я и смотрю… Не следишь, говоришь… Ну-ну… А ты девица-то ничего! И ножки у тебя ничего, и фигура… и личико…

— Отвали! — резко отпрянула Женька.

— Это ты мне?

Вскочив на ноги, Кныш вдруг выхватил из кармана плаща… длинный трехгранный штык от винтовки Мосина! Сделав шаг, ухмыльнулся:

— Ну что, ленинградочка? Пошалим? Ты ведь уже взрослая…

* * *

К Семушкиной поехали ближе к вечеру. Уже с Алтуфьевым и Пенкиным. Дорожкин с порога извинился: мол, в прошлый раз акт ЖБУ составить забыл — обследование жилищно-бытовых условий.

— А это вот товарищи из гороно.

— Акт? Ну надо — составляйте, — пожала плечами тетка. — Только мне еще коз на выпас гнать.

— Да мы быстро… А что, Анна Кузьминична, говорят, мотоцикл у Коли есть?

— Какой-то мотопед есть. Вон, в сарае смотрите. Еще шлем был белый и очки. Но что-то нынче нету. Верно, Коля продал или кому-то подарил. Парень-то он добрый!

В сарае, аккуратно прислоненный к стеночке, стоял мотоцикл «Минск» старой «сто третьей» модели с коричневым, на пружинах, седлом и плоским багажником. Мотоцикл был выкрашен светло-голубой краской.