Последний час - Самюэль Бьорк Страница 118

Мертвая оса.

Кодовое имя Оса.

Разгадано.

Рысь с желтым ухом.

Кодовые имена Рысь и Желтый.

Разгадано.

Тролль.

Норвегия.

Разгадано.

Фигурка лося.

Кодовое имя Лось.

Разгадано.

А теперь другая группа улик.

Не знаю.

Открытка из Алис-Спрингс.

Мужчина в вагоне.

Пластиковый слон.

И это маленькое сердечко – кулон.

J.

Она сняла со стены два стикера и положила их рядом с последними предметами.

NOSFERATU.

Из книги у Марии Симонсен.

JOKER.

Из книги у Рикардссона.

Разгадано? Да.

Или нет?

Может, там другие подсказки?

Пока что эти ни к чему не вели. Верно?

Зазвонил телефон. Она вздрогнула, но ответила, увидев на экране имя Мунка.

– Зря съездили, – глухо сказал он.

– Что? Как так?

Она слышала шум в машине и голос Анетте на заднем плане.

– Все из «Анаконды Элит» мертвы.

– Что? – Миа покачала головой. – Но это невозможно, мы же…

– К сожалению, – перебил ее Мунк. – Вейдеманн показал архив. Ханс Эрик Моркен, Рысь – убит во время операции в Афганистане. Юнас Лунден, Желтый – ранен в том же бою, умер в госпитале в Кабуле через несколько дней. Маркус Вагнер, Оса – авария, его сбил грузовик. Рикард Хольт, Лось – самоубийство, в психиатрической клинике.

– А Руди Мёллер? – спросила она.

На фоне снова что-то сказала Анетте.

– Да, Паук, – ответил Мунк. – Тоже совершил самоубийство. Его нашли в машине на лесной дороге под Йессхеймом. Выстрелил себе в грудь из ружья.

– Черт, – прошептала Миа, прикусив губу. – Но…

– Да, именно «но», – сказал Мунк, и тут же раздался резкий гудок клаксона. – Ты думаешь, если все мертвы, то почему мы нашли их кодовые имена на столах?

– Да, это же должно…

– Да чтоб тебя! – рявкнул Мунк и снова нажал на сигнал. – Извини, отвлекся. Так, на чем мы остановились?

Она не ответила. Мысли в голове клубились, путаясь.

– Миа?

– Прости… Эм… дай подумать.

– Все это должно быть связано, – продолжил Мунк.

– Конечно, – сказала она.

И тут ее осенило.

– А что, если это были не все?

– Что?

– Я говорю: что, если их было больше? Если в группе были и другие?

Мунк замолчал.

– Я тоже об этом думал, но Вейдеманн заверял, что все нам показал. Вербовка, задания, подробности их смертей. Теперь он знает, что мы знаем. Ему есть что терять. Так что мы вернулись к тому, с чего начинали. Увы.

– Начинали? – возразила Миа. – Но у нас же…

– У меня тут звонок из Грёнланна, – перебил Мунк. – Надо искать следующую жертву. Сосредоточься на шифре на стене. Скоро приедем.

– Но я… – начала Миа, но связь уже оборвалась.

Мертвы?

Черт.

И что теперь делать?

Так.

Еще раз.

Хорошо.

Сначала.

Следующая жертва.

Кто ты?

Миа подняла с пола бутылку с водой, плеснула на лицо, похлопала себя по щекам и снова подошла к буквам на стене.

62

Фредрик Риис снова задремал и очнулся только тогда, когда Анетте тронула его за плечо. Сначала он даже не понял, что это она. На мгновение перед глазами вновь возникла Люсиль. «Фредерик, тебе пора вставать, в школу. Давай, Фредерик, проснись и пой». В ее улыбке было столько тепла. И она всегда звала его только Фредерик, никогда не сокращая имя. Ему это нравилось – в ее обращении он чувствовал что-то особенное, их личную, тайную связь. Два одиночества: тощий мальчик, потерянный в этом мире, и ямайская женщина, заброшенная на холодный север, так далеко от дома.

– У нас совещание, – сказала Анетте. – Идешь?