Пять строк из прошлого - Анна и Сергей Литвиновы Страница 119

После своего похищения Лиля завязала со спиртным, подшила «эспераль» и принялась с высвободившейся бешеной энергией обставлять свежекупленную пятикомнатную квартиру на Малой Никитской и дачу в Болшеве. Сам Пит сменил подержанную «вольво» не на новый пошлый «шестисотый» «мерс», а на стремительную «БМВ». Жаль только, что иномарок на улицах столицы становилось все больше – однако не настолько, чтобы каждая новая не обращала на себя внимание. Черные колесницы замечали издалека: несется новый русский, хозяин жизни.

Все складывалось как нельзя хорошо, и тем ужасней оказалось преступление, жертвой которого стал блистательный кооператив «Высокий звук».

Когда открылся филиал, они отказались от трехсменной работы. Начинали прием в восемь, поэтому по утрам, часов в шесть-семь, в двух особняках на Остоженке было тихо, покойно, мирно. Пит иногда приезжал сюда спозаранку, когда не спалось, и какая-то сила подбрасывала его из кровати в половине пятого утра. Вот и в то летнее утро он сидел в своем кабинете у окна, распахнутого в обещающий быть жарким, но пока прохладный день, и прикидывал доходы-расходы на ближайшие месяцы.

Как вдруг под самым окном его остановилось два джипа-«лэндкрузера». Из них разом выскочила целая свора людей – в черных рубашках, кожаных куртках и почему-то с пошлыми полиэтиленовыми пакетами в руках. Почти мгновенно прибывшие рассредоточились. Несколько человек быстрым ходом пошли к особняку-филиалу (его, расположенный напротив, через улицу, видел Пит), а остальные бросились к зданию, где сидел он.

Раздался глухой шум снизу, где сидел охранник, выкрик: «Вы куда это?» – и сразу шум падающего тела. Пит выскочил из своего кабинета, но не успел дойти дальше лестничной площадки. Снизу, с первого этажа, он услышал звон разбивающейся посуды, а потом там что-то полыхнуло: он увидел жаркий отсвет.

По мраморной лестнице к нему на второй этаж легко взбежали двое: бородачи в черном, а в руках у них бутылки с фитилями. «Коктейли Молотова! – мелькнула мысль, ужаснувшая директора кооператива. – Но почему здесь?» Первый террорист поджег фитиль, оттолкнул Пита и запустил свою бутылку в сторону кабинета. Там сразу же полыхнуло. Второй прошел по коридору к процедурным и запулил горючую смесь туда.

– Что вы творите?! – вырвалось из груди Петра Ростиславовича. А потом от души он выпалил то, что должен был сказать в подобной ситуации, но что прозвучало сейчас совсем по-детски: – Я все скажу Саиду!

– Давай, говори, – раздался спокойный голос. – Слушаю тебя.

Снизу по мраморной лестнице поднялся вровень к Питу собственной персоной Саид Саламов.

– Что они делают?! – закричал на него хозяин кооператива. – Что вы творите?!

– Хорошо, что ты здесь оказался, – проговорил незваный гость. – Сам увидишь. Сам узнаешь.

– Зачем?! – возопил Пит. – Зачем?

– Помнишь Земфиру?

– Земфиру? Какую Земфиру?!

– Дочь мою.

– Почему, почему я должен ее помнить! Мы не знакомы!

– Она у тебя лечилась.

– Она? У меня? Я не знал! Почему ты мне не сказал? Ни ты, ни Арсен?!

– Э, какая разница! Знал ты Земфиру, не знал!.. Да теперь и не узнаешь. Нет ее больше.

Из кабинета и из коридора, ведущего к процедурным, тянуло жаром. Оттуда бил красный свет и раздавался характерный шум горящего дерева – как если бы горел камин, будто на новой даче Пита, только во много раз шумнее.