Жажда денег - Марина Серова Страница 12

— А пока, Лев Викторович, напишите все подробно про 12-е число, вам вместе с тетей Аней надо будет сходить в следственный отдел и отдать ваши заявления для подтверждения алиби Ирины.

— Писать? Как вы себе это представляете? Жена не простит мне такого, да и вся редакция узнает о нашей связи.

— Так вы переживаете за Ирину или просто у вас идет поток сознания? Вы хотите, чтобы ее быстрее освободили?

Меня начал раздражать этот холеный философ, у него любимая женщина в тюрьме, а он боится, что все узнают об их связи. Стало противно и мерзко. Вот почему я одна — у всех мужиков есть какая-то червоточина, и на каком-то повороте они могут просто предать тебя. Сейчас этот Лева предает свою любовь, свою женщину и себя.

— Вы будете вытаскивать свою любимую женщину или это все бла-бла-бла? — не выдержала я и перешла в агрессивное нападение.

А в этом состоянии я страшна, сама себя иногда боюсь. Захотелось взять монитор и опустить на голову этому слащавому любовничку.

— Не буду я ничего писать, — уже голосом уверенного в себе самца парировал Лева, — но у меня есть прекрасная идея. Давайте тетя Аня напишет оба заявления. Какая разница? Я точно знаю, что 12-го Иринка была со мной, а тетя Аня точно знает, что она 27-го целый день и ночь провела в редакции. Пусть напишет, что оба дня Ирина ночевала в редакции, и все.

— Это лжесвидетельствование, оно наказуемо в уголовном порядке. Вы что, свою тетю Аню под статью хотите подвести? Нет, она будет писать только то, что знает и видела сама. Я правильно понимаю, что вы отказываетесь давать показания и у вашей любимой Ирочки не будет алиби на 12 марта?

— Получается, не будет.

Меня раздирало презрение к этому ничтожеству. Как умная красивая Ирина вообще могла влюбиться в такое чудо? И почему она не увидела за много лет плотного общения его мелкую душонку? Все это раздирало меня изнутри, надо было выйти и подышать на улицу. Тем временем прибежала тетя Аня, я попросила ее сходить в следственный отдел и написать заявление. Она тут же помчалась туда. Очень исполнительная, сразу видно, сердобольная старушка. А я дышала на улице и не могла успокоиться — обязательно расскажу Худовой, кого она пригрела на своей груди.

9

Мне тоже надо было идти в следственный отдел, но сначала я решила набрать Кирьянова, узнать, на месте ли он и насколько занят.

— Привет, Киря.

— Слушай, я пока не на месте, очередное покушение на бабку. Буду через два часа.

— А сегодняшний факт доказывает, что женщины в СИЗО не виновны? Не так ли?

— Так ли, так ли.

— У меня заявления от свидетелей с подтверждением алиби.

— Отдай заявление Мельникову. Он в отделе штаны просиживает. До связи.

«Ура!» — ликовала я, их отпустят. Ведь преступления продолжаются, хотя мои девушки под стражей. Значит, их могут выпустить прямо сегодня. Тем более подтвержденные алиби на два предыдущих нападения у них есть. Я опрометью полетела к Мельникову. Я так стремительно промчалась мимо дежурного, что он даже не успел рот открыть. Андрей как будто ждал меня. Стоял в дверном проеме своего кабинета.

— Андрюха, привет.

— Ну, ты тут не фамильярничай, уши везде. Заходи.

Мы вошли в его кабинет, и тут же постучали в дверь. Это была тетя Аня, которая бродила по лабиринтам следственного отдела и наконец забрела по адресу.