Станция Степная - Владимир Цыбизов Страница 120

Однако оказалось, что, кроме Володи и Феди, никто из ребят не взял ведра. У Васи дома не было лишнего, как он заявил, а Коля сказал:

— У меня только одно, да и то с водой.

Оставшись в мазанке один, он старался все делать так, как делала его мать. Конечно, она не позволила бы вылить воду из ведра и взять его в поле. Вот и он не берет. А то придешь домой, захочешь попить – а воды нет. Правда, за водой можно было бы сходить к Володе, да лучше свою иметь. Володина мать и так каждый раз зовет его то обедать, то ужинать…

Нина еще не приходила.

— Вечно с девчонками канитель! – сердито сказал Коля. – Жди вот теперь. Мы уже пять километров отмахали бы, если бы не она.

— Пойдемте – и все, – предложил Вася. – Нечего ждать. Сама виновата, что вовремя не пришла.

— Нет, надо подождать, – возразил Федя. – Она должна прийти.

— Конечно, надо подождать, – поддержал Федю Вовка. – Может, ее мать не пускает. Знаешь, как бывает…

Коля хотел что-то сказать, но в это время в конце улицы показалась Нина. Размахивая руками, она бежала и что-то кричала. Но вот до ребят донеслось:

— Постойте, постойте! Ой, я сейчас! Мальчики, подождите меня!

Подбежав к ребятам, она села на скамейку и выдохнула:

— Ох, как я боялась, что вы уйдете!

— А ты почему запаздываешь? – строго спросил Коля. – Мы теперь уже в каменном карьере были бы, а все из-за тебя. Связались с тобой на свою голову. Вот только заплачь по дороге, узнаешь, как с нами ходить. Говорил, не надо брать тебя…

Отчитав как следует Нину, ребята тронулись в путь.

Перейдя железнодорожные пути, они вышли на дорогу, пропадавшую в степи. Утро было жаркое. Начинало припекать не на шутку.

Впереди виднелась гора Лев, она была как бы задернута синей дымкой.

— А жарко, – не вытерпел первым Володя, расстегивая легонькую курточку.

Никто ничего не ответил. Вася поднял камень и швырнул его в удода, сидевшего на могильном камне кладбища. Удод взмахнул яркими разноцветными крыльями, полетел низко над землей и уселся на земляном бугорке. Вася хотел подойти к удоду ближе и бросить в него другой камень, но Володя сказал:

— Не стыдно в птиц камни бросать? А если бы в тебя, бросить, хорошо было бы? Еще пионер…

Пристыженный Вася незаметно выбросил камень и вразвалку двинулся дальше. Затем, точно ничего не случилось, сказал:

— Смотрите, какая гора высокая, метров тысячу будет.

— Ты уж скажешь! – возразил Коля. – Там и двухсот не наберется. Я лазил, знаю.

— Мало что лазил, издалека виднее.

— А что, если бы эта гора и в самом деле была живым львом? – мечтательно произнес Федя. – Как встал бы да как рявкнул бы, вот напугал бы всех! А потом прыгнул бы за реку да на фашистов. Ох, что б там было! Так и побежали бы…

— Они и так побегут, – солидно сказал Володя. – Мне папа говорил, что фашистам скоро конец будет. Вот соберемся с силами и погоним назад. И лев не нужен будет…

Помолчали. Володе терло ногу. «Снять сандалию или нет?» – думал он.

— Постойте-ка, – сказал он наконец.

Усевшись на бугорок, он расстегнул ремешок и снял сандалию. На пятке краснело пятно.

— Ишь, как натер, – сочувственно произнес Федя, присевший рядом на корточках. – Наверно, что-нибудь попало. Как же теперь пойдешь?

— Как? Ногами…

— Ногами-то ногами, только, поди, не привычен ты ходить босиком по степи? У нас здесь, видишь, верблюжья колючка растет.