Берлинский гейм - Лен Дейтон Страница 127

— Нелепо встречаться для серьезного разговора в такой жалкой комнате.

Трент говорил низким, отчетливым голосом.

— Какую другую вы предпочитаете? – спросил я, беря чашку. Они стояли донышками кверху на полке, возле мойки. Я налил кипятку, положил ложечку растворимого кофе, сахару и добавил молока.

— Мой офис расположен недалеко от вашего, – сказал Трент. – Обыкновенно я бываю рядом с департаментом несколько раз в неделю. Почему мы должны видеться в этой грязной конторе?

— Что мне не нравится в растворимом кофе, – заметил я, – так это остающиеся в нем комочки порошка. Когда они попадают в рот, очень невкусно.

— Вы слышали, что я сказал?

— Я не предполагал, будто вы ждете ответа, – отозвался я. – Мне казалось, просто осуждаете несправедливости нашей жизни.

— Если сначала положить в чашку кофе, затем понемногу, не торопясь, влить горячую воду, то порошок полностью растворится. Затем нужно добавить холодного молока. Известно любому ребенку.

— Никогда не умел готовить, – пожаловался я. – Прежде всего, вряд ли кто-нибудь обратит на вас внимание, если вы идете в этот занюханный тотализатор. В дни скачек внизу полно хорошо одетых людей, они ставят на лошадей больше, чем мы с вами зарабатываем за целый год. Ваше предположение, что безопаснее встретиться в моем или в вашем офисе, звучит наивно.

— Что вы хотите сказать?

— Безопасность от кого? – спросил я. – Или, если хотите, для кого? Предположим, встретимся в вашем офисе… А кругом выпускники Оксфорда рассматривают нас, широко раскрыв глаза и рот. В последний раз, когда я там был, запомнилась вереница безликих личностей. Каждый старался получше меня разглядеть. Видимо, гадали, где сотрудники секретной службы носят свои пушки – в кобурах, на бедре или под мышкой?

— Игра вашего воображения, – сказал Трент.

— Не без того, – ответил я. – За это мне платят деньги: именно за игру воображения. И мне не трудно вообразить, что может случиться с вами, если дела у Хлестакова пойдут вкривь и вкось. Хотя вы и лучший в мире специалист по приготовлению растворимого кофе, вы окажетесь в большей безопасности, если о ней позабочусь я.

— Перестаньте читать мне лекции насчет безопасности, – сказал Трент. – Мой дом не требуется охранять двадцать четыре часа в сутки. И специальные замки на дверях и окнах не нужны.

— Тогда вы просто дурак, – заключил я.

Беседуя подобным образом, мы не отошли от стола. В комнате были только низкие жесткие стулья, так что стоять казалось намного удобнее.

— Хлестаков не появился, – заметил Трент.

На улице показалась молодая женщина с ребенком на руках. Она останавливала прохожих. Большинство из них двигались своей дорогой с сосредоточенным выражением на лицах.

— Просит милостыню, – заметил Трент. – Мне казалось, больше я такого не увижу.

— Вы слишком много времени проводите в районе Мэйфэр, – сказал я. – Так кто пришел?

— И ей ничего не подают. Вы видите?

— Так кто пришел?

— На встречу на станции Ватерлоо? Никто не пришел.

— Они всегда кого-нибудь присылают, – возразил я и предупредил: – Не приближайтесь к окну! Эти шторы висят здесь не случайно…

— На встречу никто не явился. Я сделал все точно по инструкции. Я был под этими болыними часами с четырьмя циферблатами семь минут спустя после назначенного часа. А потом вернулся двумя часами позднее. И на этот раз никого. Тогда я отправился на запасное место встречи.