Чужая земля - Татьяна Устинова,Павел Астахов Страница 13

— Так странно, – поделилась я. – За последние несколько дней уже два близких мне человека поднимают тему трудовой миграции и связанных с ней проблем. Первой была моя сестра Натка, у которой сменная бригада таджиков и киргизов в ТСЖ делает косметический ремонт. А теперь вот вы. И весь мой жизненный опыт говорит о том, что это не просто совпадение.

— И что это означает? – заинтересовался Дима.

— Да то, что, во‑первых, это достаточно наболевшая для общества тема, раз она всплывает с завидной регулярностью в моем окружении. А во‑вторых, что в самое ближайшее время я обязательно получу какие-то связанные с этим неприятности. Давно подмечено, что так всегда бывает. Почему-то я и моя семья все время оказываемся в самой гуще событий. По нам просто социологический срез жизни общества и его настроений можно делать.

Дима засмеялся, думая, что я шучу. А я вовсе не шутила. Внутри я ощущала какой-то зуд, который у меня всегда был предвестником некоей новой истории, которую мне придется, что называется, разгребать. Я вздохнула. Ладно, поживем – увидим. И со всем разберемся.

Мы медленно пошли по улице по направлению к расположенному в двух кварталах парку, толкая перед собой наши коляски с мирно сопящими младенцами.

— Если вернуться к теме разговора, то трудовая миграция в России растет. Об этом свидетельствуют официальные данные, – рассуждал Дима. – И в том, что граждане страны традиционно относятся к тем, кто приехал в нее работать, с подозрением и недоверием, нет ничего нового. Как и в том, что работодатели видят преимуществом найма мигрантов в первую очередь возможность не устраивать их на работу официально. Точнее, не платить необходимые отчисления с зарплаты в соцстрах и налоговую. Я при подготовке к экзамену поднимал статистику. Если пять лет назад в России находилось двенадцать миллионов иностранных граждан, то в 2021 году уже тринадцать миллионов. Преимущественно, как мы понимаем, это как раз выходцы из Центральной Азии. Пять миллионов узбеков, три миллиона таджиков и один миллион киргизов. И это речь идет обо всех, кто находится в стране, в том числе и нарушивших сроки выезда. А уже в 2023 году в Российскую Федерацию въехало более девяти миллионов мигрантов из стран СНГ, на учет поставлено восемь миллионов.

— Димочка, молодым родителям на прогулке положено обсуждать консистенцию детского стула, – засмеялась я. – Ну ладно, у нас с тобой профессиональная деформация, нас хлебом не корми, а дай пообсуждать законотворческие нормы и статистику, но Женя-то чем провинилась?

— Нет, мне интересно, – не согласилась молодая женщина. – Елена Сергеевна, я последние дни ни о чем другом думать не могу. Ведь куда ни пойдешь, везде женщины в хиджабах и платках, дети, которые не говорят по-русски. Есть классы, в которых таких учеников семьдесят процентов. О каком качественном образовании можно говорить?

— В 2022 году у иностранцев, живущих в России, родилось сорок пять тысяч детей, – продолжил сыпать статистикой подкованный Дима. Я знала, что мой бывший помощник дотошен в хорошем смысле слова – до последней мелочи. Этим его качеством, а также способностью запоминать огромные объемы информации, я пользовалась в своей работе, и они очень меня выручали. – При этом всего в России в том году родилось девятьсот тысяч детей, то есть на иностранцев пришлось почти пять процентов рождений.