КГБ. Бывших не бывает? - Валерий Пирогов Страница 134

Он знал, что от него ждут серьезных результатов, особенно учитывая активные зарубежные контакты Горбачева с премьер-министром Маргарет Тэтчер и английскими деловыми кругами. Он не сомневался, что справится с этими задачами… если только этому не помешают неожиданно возникшие обстоятельства.

Его высокопоставленный наставник в ПГУ доверительно поделился с ним информацией о том, что недавно приобретенный ПГУ агент в ЦРУ стал давать серьезную информацию о вербовках в советских резидентурах. И речь идет о нескольких европейских столицах, в том числе и о Лондоне.

Эта информация крайне встревожила Гордиевского. Ум и интуиция сразу выстроили логическую связь между сообщением о возможном «кроте» ЦРУ в советской резидентуре в Лондоне и явно неслучайным подходом к нему лично со стороны резидента ЦРУ, который в разговоре ссылался на его «дружеские» связи с коллегами во время командировки в Данию.

Да, у него были тесные контакты с датскими спецслужбами и одним из сотрудников ЦРУ, но всё это укладывалось в обычную схему: он изучает их, они его… Впрочем, было одно щекотливое происшествие, связанное с его задержанием в полиции, но об этом он старался не вспоминать. Никаких проколов и подозрений со стороны контрразведки КГБ он до этого не замечал.

Надо быть осторожнее в контактах с ЦРУ, да и с англичанами тоже, они наверняка знают о нем всё, решил Гордиевский. А он со своей стороны должен разобраться с этим сигналом на Иванова, заодно посмотреть другие сомнительные связи своих подчиненных и по возможности заранее «перевести стрелки», как его учили – «на негодный объект».

С Ивановым он разобрался быстро. Оказалось, что контакт с журналисткой был санкционирован военным атташе. Она уже полгода находилась на связи у Иванова и давала неплохие информационные материалы. Естественно, что приехавшую из Москвы группу наружного наблюдения ознакомили в необходимом объеме с оперативной обстановкой, но не ставили в известность обо всех разработках, ведущихся сотрудниками посольской резидентуры.

Резидент ГРУ со своей стороны ручался, что Иванов опытный и инициативный сотрудник, что он неоднократно проверен и всегда действует в рамках поставленной руководством задачи.

На этот раз Иванов вышел сухим из воды. Однако Гордиевский на всякий случай дал в Центр короткую информацию об Иванове.

Но вскоре Гордиевскому поступил второй сигнал в отношении Иванова. На этот раз от дежурного офицера из охраны посольства. Он сообщил, что видел лично, как Иванов менял в кассе банка большую сумму в иностранной валюте – речь шла о тридцати тысячах долларов.

Такой суммы у Иванова лично не могло быть ни при каких условиях. Сотрудники посольства отлично знали оклады друг друга, поэтому бдительный офицер охраны сообщил об этом офицеру безопасности. Тот доложил послу и резиденту КГБ. Гордиевский вызвал военного атташе и вежливо поинтересовался:

— Товарищ генерал, насколько мне известно, ваш офицер Иванов из известной семьи? Не знаете, может, отец или дед оставили ему наследство в долларах?

— А в чем дело? – насторожился резидент ГРУ.

— Да вот поступила информация, что на днях он был замечен в обмене в банке 30 000 долларов. Как это понимать?

— Не может этого быть! Такой суммы нет и не может быть ни у одного сотрудника посольства. На оперативные расходы ему тоже выдавалось не более тысячи долларов, и за них он регулярно отчитывался…