Венец ведьм - Антон Чижъ Страница 135

— Стой! — закричал Родион, но Оборотень уже снял маску и тряхнул волосами.

— Зря не послушались, Варвара Георгиевна. Я вам зла не желал.

— Верю, Степан. — Варвара заметила, как Сыр протиснулась сквозь плащи, сжимая тубус, а Родион, потеряв её, отправился назад, где Сыр уже не было. — Знаю, почему не могу вас вспомнить по институту. Только не скажу при всех. Я не заваливала вас на экзамене. Когда начала принимать, вас в институте и не было. Выгнали вас намного раньше. Разве не так?

Степан усмехнулся:

— Не имеет значения.

— Зря смеётесь. Возвращаю совет: бегите…

Сыр подобралась к Степану со спины, тубус из её рук выпал, обнажив длинный и тонкий стилет, каким монахи пытали ведьм. Родион опоздал чуть-чуть. Настя замахнулась и всадила стилет Степану в область сердца. Тот охнул, когда из груди показался кончик лезвия, прошедшего насквозь. Он пошатнулся и упал как подкошенный.

— Смерть гадине! Смерть гадине! — кричала Настя.

Уронив факел, Родин подхватил Сыр, прижал к себе. Настя билась, брыкалась, брызгала слюной, но чужие руки держали накрепко. Родион унёс беснующуюся. Вопли затихли в порывах ветра.

Степан лежал ничком, не шевелясь. Удар был смертельный. Напуганные ведьмы жались кучкой. Филин замер. Майя застыла. Катова дала ей пощёчину, подойдя ближе:

— Продолжай дело!

Майя вздрогнула, будто очнулась:

— Стёпа погиб…

— Найдёшь другого. Этого не вернуть. Тебе за всё заплачено, продолжай!

— Господин Филин! — закричала Варвара, видя, что Майя подняла свиток. — Проиграли вы пари. Нашла я тело Таи. И не только его. Удобно придумали: в морозильнике мертвецов хранить. Сначала горничную, потом Илью. Всё вы видели, всё знали. А с Таей сильно испугались: не ожидали. Мирно танцевали с девушкой на Тёмном балу, любезничали, намёки делали. Ещё мне в бокал шампанского подсыпали снотворного, чтобы ублажить вашего хозяина, Степана. А утром вам сообщают, что Лия лежит мёртвая на пляже. Как так? Любой испугается. Чуть цилиндр не потеряли. Но вам повезло, тело украл Гай-Вранский, за что и поплатился… С вас ящик шампанского и ящик коньяка. Зря оделись, как барон Марингейм. Вы плохая копия. А ещё фотки старые попрятали, чтобы я себя не узнала и тайну не раскрыла раньше времени. Даже обои содрали, чтоб замести следы. Зря ремонт испортили. Нашла я фотки в башне Оборотня. Как вам легенда? Весёлая! У меня и другие легенды собраны! Хотите, расскажу?

Лицо Филин скрыл под капюшоном. Факел дрожал в его руке.

— Заткните ей рот! — закричала Катова.

Официанты двинулись было к менгиру, но Варвара свистнула.

— А ну кыш, мальчики! — В весёлом голосе прозвучали нотки истерики. — На вас и так соучастие в убийстве Ильи Муровцева, значит, срок уже имеете. Не советую мне рот кляпом затыкать. Срок себе накрутите до десятки. В тюрьме официантами не устроитесь — там это почётная должность. Кыш! Кыш!

Официанты сделали шаг назад.

— Колдуй! — завопила Катова, упав на колени у ледяного короба, глядя на внучку.

Майя хриплым голосом прочла первую строчку. Налетел порыв ветра. Сильный и резкий. Зеркало дрогнуло, наклонилось, будто раздумывая, и медленно-медленно, словно нехотя, повалилось плашмя на кусты и дорожку. Разломилось на части, куски разлетелась осколками, осыпав плащи ведьм.

Капюшон Катовой свалился с головы. Она издала звериный вопль. Майя выронила свиток и обернулась к Варваре.