КГБ. Бывших не бывает? - Валерий Пирогов Страница 139

— Здесь уютненько! – заметил он.

— Да уж, это тебе не «Соляные пещеры» Урала! – добродушно проворчал громкоголосый Валера Малов, носивший фамилию Малов явно по недоразумению. Внешне это был вылитый Портос из «Трех мушкетеров» Дюма. Добродушный, но лихой и коммуникабельный, иначе ему никогда не доверили бы работу на «земляничных полянах» «Интуриста».

— Всё отлично, но здесь в меню только кофе, чай и бутерброды… Хотелось бы чего-нибудь посущественнее, – пролистав меню, недоуменно поинтересовался Николка.

— Николка, не переживай, всё будет! – миролюбиво, но с тайным намеком заметил Кирилл.

Остальные, знающие особенности избирательного гостеприимства этого места, только загадочно улыбались.

Вскоре отворилась дверь, соединяющая кафе и кухню ресторана, расположенного в другом крыле гостиницы, и разбитная официантка Маша ввезла тележку, на которой «случайно» оказались большие блюда с вареным картофелем, над которым поднимался ароматный пар, котлеты по-киевски, нарезка из колбасы и сыра, селедочка, усыпанная кружочками лука и политая уксусом. А к этому пара бутылочек столичной прямо из морозилки, затуманенных от холода влажным налетом.

— Маша, ты у нас, как всегда, на высоте, – удовлетворенно произнес Кирилл.

— Стараюсь! – расплылась в улыбке Маша и призывно повиляла задом.

— Ты, Маша, главное, не расслабляйся раньше времени, а то… – он выразительно окинул её фигуру взглядом.

— Я рядом, если понадоблюсь, зовите! – Маша знала наверняка, что еще понадобится. Как говорится, не в первый раз замужем! Хотя, вообще-то, она замужем не была никогда. Не по этой части создана…

Застолье началось. Тосты произносились, водка наливалась и выпивалась (это называлось «водку пьянствовать и разговоры разговаривать»), поэтому и закусками закусывали, и разговоры разговаривали. Словом, всё, как учили.

— А помнишь, Николка, как ты в Новосибирске сочинил гимн нашей группы, в котором был припев: «Я не скажу, в которой школе КГБ…» – раздумчиво произнес Виктор.

— Как можно забыть, ведь я его и написал! Могу спеть. Хотя нет гитары, да и обстановка?.. – он вопросительно окинул взглядом зал кафе.

— Может, всё-таки споем? – решительно предложил Малов.

Зал был полон. Иностранцы и так с удивлением взирали на то, как бравые офицеры в штатском уплетают запрещенные в кафе деликатесы. То, что это кагэбэшники, ни у кого из иностранцев сомнений не было. Они четко ориентировались в том, что, кому и где позволено в СССР.

— Объясняю для непосвященных, хотя в «Белграде» живут иностранцы в основном из соцстран, но есть и америкосы… – сообщил Кирилл.

— И французы, – поддержал его наблюдательный Белов, который работал во французском направлении ПГУ.

— Кроме того, – продолжил Кирилл, – здесь почти все прослушивается, поэтому вслух про КГБ ни слова.

— Ладно, обойдемся без песен. Лучше сейчас спросим у Машки… – предложил, хитро ухмыляясь, Малов.

— А что спросим? – заинтересовался Николка.

Малов только молча махнул на него рукой и остановил проходившую мимо Машу.

— Маша, выпить хочешь? – он протянул ей наполненную водкой рюмку.

Маша осторожно посмотрела по сторонам, подумала и нерешительно отвергла предложение:

— Не сейчас…

— Тогда расскажи, ты минет не бросила? – как бы без особого интереса спросил он.